Книга Никто кроме тебя. Искушение, страница 71 – Анна Россиус

Вернуться в город успели до заката. Раздосадованные парни отправились в Форестер. Мы с девочками разошлись по домам.

Причем, Холли спровадить оказалось сложнее всего – как-то она поняла, что я вожу иннатов за нос и недоговариваю что-то важное.

И это "что-то" мне не терпелось обдумать в одиночестве. У меня даже начал сформировываться план действий.

Дома я торопливо скинула одежду и запустила стиральную машину. Наскоро перекусила. Проверила входящие и с разочарованием отложила телефон – Джордан держал своё обещание и не давал о себе знать уже несколько часов. Чего хотела, то и получила.

Нужно выкинуть Джордана из головы. Но как это сделать, если всё, что со мною происходит в последние дни, так или иначе связано с ним?

Я опустилась на кровать, покручивая в ладонях семейную реликвию Фрейзеров – своё обручальное кольцо. Если раньше оно принадлежало матери моего жениха, а она совершенно точно была иннатом-проводником, как и я… Могу ли я установить связь с ней сама? Нужно хотя бы попытаться.

Но почему Джордан сказал мне, что его мама умерла в родах? Обманул? Или и впрямь так считает? Совершенно точно, я видела её с сыном на руках.

А с его отцом и вовсе сплошные нестыковки. Судя по необычайному сходству с Джорданом, это был Ричард Фрейзер. Фигура, лицо, голос…

Стоп. Значит, все мои прежние видения были не обо мне и Джордане, а о его родителях? Это они прятали своего ребенка, пытаясь от кого-то спасти. И им это удалось. Правда, какой ценой? Мать погибла, а отец практически вычеркнул сына из своей жизни.

Я попыталась припомнить всё увиденное до мельчайших подробностей.

В отцовских словах было столько нежности и любви… Трудно поверить, что этот человек потом никак не участвовал в судьбе своего ребенка и бросил собственную семью. Что должно было случиться с Фрейзером-старшим, что он практически возненавидел единственного сына?

И кто, черт возьми, такой на самом деле Джордан Фрейзер?! Почему это нужно было держать в тайне столько лет?

Способности к электрокинезу у него, очевидно, от матери-инната. Значит, и наши с ним дети, если они когда-нибудь родятся, получат этот дар? И станут мишенями, как и их отец когда-то? Меня передёрнуло. Лучше бы свекровь оставила в наследство какой-нибудь старинный сервиз, честное слово.

Неплохо было бы с ней познакомиться поближе. Самое время устроить небольшой спиритический сеанс.

За окном почти стемнело. Погода стремительно портилась – поднялся ветер и набежали чёрные тяжёлые тучи. Скоро ливанёт.

Я встала посреди спальни лицом к зеркалу. Надела на палец кольцо и закрыла глаза. Именно в этой самой комнате, в этом же зеркале я увидела отражение этой женщины впервые. Правда, подумала тогда, что она – это я через несколько лет, и ребенок в колыбели – мой. Но если это не так, тогда что ей было делать в особняке Браунов?

— Я знаю, ты всё это время пыталась мне что-то сказать, – я поёжилась и обхватила себя руками. – Но я не могу понять, зачем. Я должна что-то сделать? Спасти твоего сына? Что ему угрожает?

Тишина. Может, я ьронулась умом? И это игры моего больного воображения? Многие лишаются рассудка, выкарабкавшись с того света. Глупо всё как-то.

Я вплотную приблизилась к зеркалу и положила обе руки на тяжёлую кованную раму. Ну давай, явись мне еще раз. В кои то веки я сама прошу об этом.