Книга Князь 2. 18+, страница 111 – Гарри Фокс

Роксана же, не обращая внимания, обвела себя веером (откуда она его взяла — осталось загадкой) и томно вздохнула, наклоняясь ко мне так, что её «богатое добро» оказалось в опасной близости от моего локтя.

— Ох, как же невыносимо жарко. А в этой повозке просто духота. Вы не находите, сир… простите, как к Вам можно обращаться?

— Ага, — буркнул я, стараясь смотреть на дорогу и не обращать внимания на давящее присутствие и плотный, сладковатый запах духов, смешанных с позавчерашним потом. — Ксавьер.

В голове же пронеслась мысль: «Какое… монументальное добро. И эта напыщенная манера… Кто же был в моей памяти с таким же размахом и полным отсутствием чувства такта? Чёрт, вертится на языке… Нет, не вспомнить. Но ощущение, будто пытаешься укротить нахального павлина, который решил, что твоя повозка — его новый трон».

Роксана, приняв моё «ага» за заинтересованность, сияла. Её план, с её точки зрения, работал безупречно. Она и представить не могла, что сидит плечом к плечу с тем, кого поклялась уничтожить, и строит глазки ему же, приняв за какого-то проходного персонажа. Абсурд ситуации достигал космических масштабов, и только нимфа в глубине повозки, кажется, понимала весь её ужасающий размах.

Томи, устроившись поближе к нимфе, сиял улыбкой, в которой было больше алчности, чем любезности. Он снова облизнул губы, его взгляд скользил по её бледному, отстранённому лицу.

— А как тебя зовут, красавица? — спросил он, растягивая слова. — Один только вид твоей… утончённой натуры сводит с ума.

Нимфа, пойманная врасплох прямым вопросом, замялась. Её мозг, затуманенный тоской по пруду, дал сбой.

— Ним… — выпалила она, не успев остановиться.

— Ним! — с восторгом воскликнул Томи, как будто она произнесла имя самой богини любви. — Какое красивое, экзотическое имя! Оно так тебя украшает. Просто создано для шёпота в полумраке…

— Ага, — пробормотала нимфа, глядя в пол повозки, будто надеясь увидеть там трещину, ведущую прямиком в её родной ручей.

— А я Томи, — продолжал он, снисходительно позволяя ей пользоваться этим знанием. — Можешь звать меня просто Томи. Или… как захочешь.

— Ага.

— Наша повозка, знаешь ли, грубовата, — заговорил он сладким, заговорщицким тоном, понизив голос. — Дерево не отполировано, подбрасывает на ухабах… Может, пересядешь ко мне на коленочки? Так тебе будет гораздо удобнее. И безопаснее. Я тебя поддержу.

Он уже протянул руку, чтобы обхватить её за талию. Нимфа медленно подняла глаза, в которых плескалась ледяная волна отчаяния и брезгливости. Её взгляд метнулся к Роксане в поисках помощи, указаний, хотя бы намёка на осознание происходящего.

Но её госпожа была уже полностью поглощена своей новой «миссией». Роксана, развалясь на передней скамье, всем видом демонстрировала свою «смертную слабость» и томность, кокетливо заглядывая в лицо ничего не подозревающему Артуру и совершенно игнорируя трагедию своей служанки.

Мысли нимфы пронеслись со скоростью и ясностью, от которых могла бы сгореть мироздание: «Какая же она ТУПАЯ! Тупая, слепая, самовлюблённая курица! Она так увлеклась игрой в „соблазнительницу“, что даже не обернулась! Этот… этот сальный, потный человечишка с глазами, как у голодной крысы, предлагает мне сесть к нему на колени, а она увлечённо что-то лепечет тому, кого должна была узнать с первого взгляда! Я здесь одна. Совершенно одна, в этой вонючей повозке, с этим мерзким существом, а моя богиня-покровительница… богиня-покровительница пытается выпятить грудь, чтобы понравиться своему же заклятому врагу! Я ненавижу всё. Я хочу обратно в тихий, тёмный, прохладный омут, где самые страшные монстры — это сомы, которые пугают тебя, проплывая мимо, а не вот это… это цирковое безумие!»