Книга Князь 2. 18+, страница 148 – Гарри Фокс

«Флал, — подумал я, когда глаза привыкали к темноте. — Надеюсь, ты там ничего не натворишь, пока нас нет. Потому что если натворишь… даже не знаю, что с тобой сделаю. Но Оксана точно будет счастлива, учитывая её фетиши».

Штольня встретила нас запахом, который не спутаешь ни с чем другим, — сырость, плесень и какой-то металлический привкус, будто здесь ржавели тонны железа, и воздух пропитался этой ржавчиной насквозь. Темнота была абсолютной, плотной, как вата, и когда Ирис зажгла магический фонарь, свет вырвал из мрака только небольшой кусок каменного мешка, оставляя края в подозрительной тени.

— Уютненько, — прокомментировала Ирис, поднимая фонарь повыше. — Прямо как в гостях у смерти. Та же обстановка, тот же сервис. Даже консьержа нет — сам открывай, сам закрывай.

— Типун тебе на язык, — шикнула Лира, прижимаясь ко мне. Её хвост нервно подрагивал, уши то и дело поворачивались, ловя каждый звук. — Здесь нечисто. Я чувствую.

— В смысле «нечисто»? — уточнил я, тоже прислушиваясь. Тишина была звенящей, неестественной. Даже вода не капала, даже камни не шуршали под ногами.

— В смысле смертью пахнет. Не просто сыростью. — Лира принюхалась и поморщилась, показав острые клычки. — Трупный запах. Старый, но есть. И ещё что-то… магия. Гнилая такая.

Мы двинулись дальше. Стены штольни были неровными, кое-где покрыты странными символами, которые явно не имели отношения к дварфьей культуре. Рун дварфов я насмотрелся в книжках — грубые, рубленые, практичные. Эти же были другими — плавные, изогнутые, будто писала их не рука, а щупальце какого-то морского гада. Местами символы светились тусклым, едва заметным светом, похожим на светлячков в болоте.

— Ирис, — позвал я тихо, — глянь на это.

Она подошла, всмотрелась. Её лицо оставалось бесстрастным, но я заметил, как дрогнул уголок глаза — верный признак, что она увидела что-то действительно важное.

— Не дварфы. И не люди, — она провела пальцем по одному из символов, не касаясь, просто ведя в воздухе. — Магические знаки. Культистские. Я такие видела в старых манускриптах у одного коллекционера в столице. Это… посвящение. Кому-то или чему-то.

— Роксане? — спросила Лира шёпотом.

— Возможно. Или её приспешникам. — Ирис вытерла палец о штаны с лёгкой брезгливостью. — Идём дальше. Тут явно есть что-то интересное. Вряд ли они рисовали это просто для красоты.

Мы прошли ещё метров двадцать, когда Лира вдруг замерла и вцепилась в мою руку с такой силой, что я почувствовал когти даже сквозь одежду. Её хвост распушился и встал трубой.

— Твою ж… — выдохнула она, глядя в угол. — Смотрите.

Я перевёл взгляд и увидел.

Скелет.

Не один — несколько. Они лежали в углу, сваленные как попало, будто кто-то просто сгрёб их в кучу и забыл, как ненужный мусор. Остатки одежды — кожаные куртки, ржавые бляхи, обрывки плащей. Оружие — мечи, топоры, кинжалы — валялось рядом, покрытое толстым слоем пыли и паутины. Кости были чистыми, без остатков плоти — время и, видимо, местные твари поработали на совесть.

Ирис подошла ближе, бесстрастно осматривая останки. Фонарь выхватывал из темноты черепа с пустыми глазницами, рёбра, торчащие как пальцы мертвецов. Она не вздрогнула, не поморщилась — только смотрела с холодным профессиональным интересом.