Книга Огненные рельсы, страница 17 – Сергей Иванович Зверев

Он успел сделать последний шаг и скрыться за разрушенной кирпичной кладкой, когда у стены появились двое с винтовками. Они долго кряхтели, кашляли, справляя нужду, неторопливо переговариваясь. Игорь стоял всего в каких-то пяти шагах за стеной и все слышал: он слышал, как эти двое мордатых наглых полицая обсуждали какую-то Наташку, к которой уже кто-то ходил и не мешало бы и им наведаться. Говорили про какое-то сало, которое отобрали и как под него хорошо пошел самогон, который тоже отобрали у кого-то из жителей городка. Все эти рассуждения и обсуждения были до такой степени мерзкими, отдающими животной грязью, что парня стало тошнить.

Полицаи наконец убрались восвояси, и только тогда Игорь понял, как вспотела его ладонь, которая сжимала рукоятку пистолета. Игорь взял пистолет в левую руку и вытер ладонь о штаны. Потом провел ладонью по лицу, со лба ручьем тек пот, как в сильную летнюю жару. «Мерзость, жабы, – думал о полицаях Игорь. – Немцы хоть пришли из чужих земель, на чужое зуб точили, а эти жили среди нас, мы их своими считали, а они в трудную минуту вот так вот!»

Перебираясь от развалин до развалин, проходя пустынными переулками и прячась за заборами, Игорь увидел многое. Во-первых, в городе почти не было мужчин и детей. Или они просто не выходили на улицу. Старики и женщины, одетые как-то подчеркнуто уродски, брели по улицам. Кто-то нес старое пальто или рваные валенки, кто-то пару полешек или обломок доски. Скорее всего, для печки. А потом юноша вдруг понял, что это защитная оболочка – люди и правда стремились показаться невзрачными, неопасными, неприметными. Они одевались и вели себя так, чтобы к ним было неприятно подходить полицаям, немцам. Да и смысла не было, потому что этот человек не опасен, его и за человека-то лучше не считать. И все же внимание на некоторых обращали. Причем не только полицаи или немецкие патрули. Раза три Игорь заметил, как горожан останавливали какие-то странные люди в гражданском. Разговаривали коротко, обыскивали. А одного прохожего вдруг затолкали в подъехавший черный автомобиль и увезли.

Радости Канунникова не было предела, когда оба его товарища в сумерках добрались до опушки. Командир беспокоился о своих бойцах, потому что где-то в городе несколько раз слышалась стрельба. Что это могло означать, лейтенант не знал, но не хотел думать, что это немцы выследили кого-то из партизан и тот вступил в неравный бой. Бой, трагический финал которого известен заранее. Особенно переживал Канунников за Игоря – самого неопытного члена группы.

— Ну, отдышитесь немного, – посоветовал лейтенант, рассматривая в бинокль окраины городка. – Кажется, чисто ушли. Игорь, ты первый. Рассказывай, что видел, какие выводы.

— Население в городе осталось, но на улицу стараются лишний раз носа не совать. Патрули немецкие и полицаев. Немцы дежурят ближе к центру, а полицаев гоняют на окраины, в те места, которые обезлюдели. Какие-то люди в гражданской одежде обыскивают прохожих. Я видел, как одного, а потом и еще второго затолкали в машину и увезли.

— Зондеркоманды работают, – кивнул Канунников. – Помните, еще в Польше мы про них слышали. Выискивают неполноценных, подлежащих уничтожению – евреев, цыган. А на территории СССР они еще выискивают коммунистов, комсомольцев, советских ответственных работников, командиров Красной армии. Если они так активно в Ходоцах работают, значит, зачищают его, важен он для фашистов.