Книга Шифр, страница 76 – Изабелла Мальдонадо

Девушка издала крик, полный бессильной ярости, и снова задергалась в путах.

— А кто будет плакать над твоей могилкой? – продолжил издеваться Шифр. – Никто!

Повернув голову, жертва взглянула в лицо обидчику. Глаза ее метали молнии.

— А знаешь почему? – На этот раз он не стал делать паузу: – Потому что ты – никчемный хлам!

Монстр хрипло засмеялся, и у девушки по щеке скатилась слеза.

Нина сглотнула подступившую к горлу желчь. Той ночью Шифр снимал видео, а она даже не догадывалась! Не заметила камеру. Теперь миллионы людей увидят ее муки. Это хуже публичной казни – публичное изнасилование. Боль, которую она годами скрывала от других, вот-вот покажут всему миру.

И мир не отведет глаза.

Все бросятся к экранам, как ее коллеги по команде. Как она сама. Ужасное действо всех заворожит.

Шифр снова появился в кадре. Высокий, широкоплечий – по сравнению с ним миниатюрная девушка казалась приколотой к стене бабочкой. Похититель, закутанный в плащ с капюшоном, все время стоял к камере спиной.

Он склонился над жертвой; из-под широкого обшлага высунулась рука в голубой латексной перчатке.

— Какие красивые. – Шифр потрогал ее спину. – Еще не зажили.

Он провел пальцем по воспаленным красным рубцам и едва затянувшимся порезам.

— Расскажи, каково это – когда тебя хлещут ремнем, – прошептал похититель и обличительным тоном добавил: – Плакала, наверное?

Девушка молчала, тщетно пытаясь увернуться от прикосновений.

— Жаль, что не я наградил тебя этими следами, – произнес Шифр, скользя кончиком пальца по ее спине. – Но у меня другие планы… на всю твою оставшуюся жизнь. – Он погладил старый белесый шрам, поперек которого пролегли свежие. – Ты будешь моей… пускай всего на несколько часов.

Нине захотелось вырубить ноутбук. Захлопнуть крышку. Но есть ли смысл закрывать глаза, когда находишься под дулом пистолета? Пулю это не остановит. Она все равно вопьется в сердце и разорвет на части.

— Хочешь, отпущу? – проворковал Шифр ласковым, бархатным голосом. – Тогда попроси. Возможно, ты меня разжалобишь, маленькая бедняжка…

От нахлынувших воспоминаний у Нины выступили слезы. Она знала, что будет дальше.

Ублюдок отошел в сторону, в тишине чиркнуло колесико зажигалки. В кадре появилась рука с дымящейся сигаретой.

— П-прошу вас, – взмолилась девушка.

— Нет-нет, моя милая брошенка. Так не годится. Ты, наверное, не понимаешь, что тебе грозит. Иначе старалась бы лучше. Может, это тебя научит? – Мужчина ткнул сигаретой в ее левую лопатку.

Девушка закричала, извиваясь на столе.

Внезапно картинка исчезла.

Снова возникла белая надпись на черном фоне:

«ПОСТАВЬ ЛАЙК, ЕСЛИ ХОЧЕШЬ УВИДЕТЬ, ЧТО БЫЛО ДАЛЬШЕ. ТЫСЯЧА ЛАЙКОВ – И Я ВЫЛОЖУ ЕЩЕ МИНУТУ ЭТОЙ ЗАПИСИ».

Коллеги дружно посмотрели на Нину. На их лицах читались потрясение, неловкость. Когда-то на нее точно так же глядели копы и медики, осматривавшие потерпевшую. Она прекрасно знала, что последует дальше.

Ее начнут жалеть.

Нина сгорала от стыда и злости. Стены кабинета будто сжимались – вот-вот раздавят. Ей захотелось вырваться. Сбежать.

Брек с полными слез глазами протянула дрожащую руку и открыла было рот…

— Нет! – остановила ее Нина и, вскочив со стула, оглядела коллег. – Вы все – отвалите на хрен! Не смейте ко мне подходить!

Никто не шелохнулся. Не произнес ни слова.