Книга Високосный убийца, страница 27 – Изабелла Мальдонадо

Он оценивающе поглядел на нее:

— Чего ж перешли на темную сторону?

— Захотелось поиграть в песочнице побольше. — Нина пожала плечами.

О’Мэлли хрипло каркнул — вроде как посмеялся.

— Заходите. Быстрее начнем, быстрее закончим.

Он повернулся спиной и исчез в полумраке дома.

Нина словно очутилась в сказке — разгадала загадку тролля и перешла волшебный мост. Миновав коридор, они с Пересом увидели некое подобие домашнего офиса. О’Мэлли опустился в кресло за поцарапанным столом, заваленным бумагами и сувенирами со службы.

— Ну, о чем речь? Садитесь. — Детектив ткнул пальцем в два пыльных стула. — Перес только сказал, это как-то связано с моей работой в отделе убийств.

Хорошо, что напарник дал ей возможность самой выстраивать разговор. Он явно понимал, как важна постановка вопросов в беседе с жертвами, свидетелями, подозреваемыми и детективами-предшественниками.

Нина решила сначала проверить, следит ли О’Мэлли за событиями.

— Вы видели новости о деле Дойлов?

— Да, его инсценировали под убийство и самоубийство. Кой-чего слышал.

СМИ вроде бы не разглашали деталей расследования.

— Как вы узнали об инсценировке?

— Держу руку на пульсе. Хожу обедать с нашими ребятами из Братства, раза три в неделю. — О’Мэлли жестом обвел пустой дом. — С тех пор как Конни умерла, заняться мне, в общем-то, нечем.

— Если вы разговаривали с другими детективами, то знаете: убийца хотел подставить мать.

— Да, так я слышал. Женщина отправила на тот свет мужа и ребенка и покончила с собой в ванне.

Про ванну точно не объявляли публично. Источники О’Мэлли оказались надежны.

— Помните дело, где мать убила мужа и дочь, а потом совершила самоубийство?

Детектив нахмурил кустистые брови.

— Дело Ла Йороны. Но это было сто лет назад…

Нина наклонилась поближе, внимательно следя за его реакцией.

— Точнее, двадцать восемь.

— Думаете, то дело связано с нынешним? — задумчиво протянул О’Мэлли.

— Пока разбираемся.

Он пристально посмотрел на Нину:

— Вы не в отделении Финикса работаете, а на востоке, со своими профайлерами. Не будь подозрений насчет серийного убийцы, вы не полетели бы через всю страну.

— Пока с уверенностью сказать нельзя, но мы пытаемся…

— Вынюхать, напортачил ли я с делом Ла Йороны. — Взгляд О’Мэлли скользнул от Нины к Пересу и обратно. — Считаете, я проморгал серийного убийцу и он опять расхаживает по Финиксу?

Нина успокаивающе подняла ладонь.

— Мы не знаем навер…

— Вон! — перебил ее О’Мэлли, вскочив на ноги.

Нина осталась в кресле в надежде утихомирить детектива. Иначе важных сведений не узнать. Ей были необходимы воспоминания О’Мэлли, а не просто сухие отчеты.

— А если я поделюсь секретной информацией?

— Держи карман шире, — фыркнул детектив. — ФБР как унитаз: что в него засосало, то пропало. — Он скрестил руки на груди. — Иными словами, односторонний обмен.

О’Мэлли попросту считал, что Нина станет увиливать. И все же она рискнула.

— Слушайте, если это и впрямь серийный убийца, то он годами водил за нос лучшие полицейские отделения США. Он очень хитер и находчив. К тому же умеет замести следы.

— Какие отделения? — потребовал О’Мэлли.

— В Нью-Йорке, Лос-Анджелесе, Чикаго, Хьюстоне, Филадельфии, Сан-Диего. — Нина ответила ему твердым взглядом.

Детектив рухнул в кресло.

— Мать честная… так сколько всего убийств?