Книга Повелитель птиц, страница 156 – Изабелла Мальдонадо

Как и все, у кого есть доступ к интернету. Благодаря Шифру всего за несколько месяцев все прошлое Нины, проведенное в приемной семье, было предано всеобщей огласке.

— Когда ты в возрасте шестнадцати лет подверглась насилию, тебе было не к кому обратиться за помощью, – продолжала Тереза. – Ни друзей, ни родственников. – Уронив руки, она шагнула к Нине. – Ты миниатюрная, и тем не менее ты самый сильный человек из всех, кого я только знаю. – Тетка помолчала. – И ту же самую силу я чувствую в Бьянке. У нее все будет хорошо.

Нина вспомнила запуганную тринадцатилетнюю девочку, которую пять лет назад отобрала у приемных родителей, злоупотреблявших своим положением. Какое-то незнакомое чувство забурлило у нее в груди, стремясь вырваться на поверхность.

Тереза взяла ее лицо в руки.

— То чувство, которое ты испытываешь к Бьянке, это любовь.

Не в силах оторвать взгляд от этих теплых карих глаз, так напоминающих ей глаза матери, которую она никогда не знала, Нина почувствовала, как по щеке у нее скатилась одинокая слезинка.

— Любить я не умею, – прошептала она. – Нет никакого опыта…

— Ты даже сама не представляешь, сколько в тебе любви, – возразила Тереза. – Как ты думаешь, какое чувство ты испытываешь к Бьянке, к миссис Гомес, ко всем своим товарищам по работе? Любовь выражается в разных формах.

— И еще она доставляет боль, – сказала Нина.

— Тут я спорить не стану, mija. Любовь означает также расставание. Почему у меня дома нашлась свободная комната для Бьянки и миссис Гомес? Потому что моя дочь ушла, завела свою собственную семью. Скоро мой сын поступит в колледж. Невозможно вечно держать у себя под крылом тех, кто тебе дорог.

— Но я поклялась оберегать Бьянку! – Нина не стала добавлять, что ей пришлось прибегнуть к помощи миссис Гомес, чтобы дать девочке любовь, которой она сама, как ей казалось, дать ей не могла. И где-то по пути Бьянка прочно поселилась у нее в сердце. Став младшей сестрой, которой у Нины никогда не было.

— Ты научила ее всему, чему могла, – сказала Тереза. – И теперь пришла пора ей покинуть гнездо.

Нина мысленно прокрутила эти слова. «Теперь пришла пора ей покинуть гнездо». И тут до нее дошло. Бьянка готова к самостоятельному полету. Она редкое, уникальное создание – сокол, которого нельзя приручить.

И в это же самое мгновение Нина поняла, что все это время знала, как любить. Не так, как любит мать, как любит сестра, – а так, как любит воин, защитник. В этом заключался тот дар, который много лет назад преподнесла ей Бьянка, доверившись другому человеку, перенесшему глубокую травму.

Возможно, в тот вечер Нина спасла девушке жизнь, но та спасла ей душу.

Детство, прожитое без родительских забот и ласки, заставило Нину отгородиться от окружающей жизни глухой стеной. Жестокое нападение безумного маньяка, когда ей было всего шестнадцать, лишь укрепило ее стремление избегать близких отношений с кем бы то ни было. Наконец, уже в зрелом возрасте, она стала опекуном, защищающим тех, кто так же беззащитен, как когда-то была она сама.

Всю свою жизнь Нина чувствовала себя одинокой, оторванной от окружающих. Лишь немногих избранных она подпускала к себе близко, тем не менее сохраняя неприступный барьер вокруг своего самого сокровенного внутреннего ядра.