Книга Повелитель птиц, страница 23 – Изабелла Мальдонадо

Чад смерил ее оценивающим взглядом.

— Полагаю, вы были бы гораздо спокойнее, если б вас хорошенько удовлетворили в постели. – Он многозначительно подмигнул Кенту. – Вам следовало бы позаботиться об этом.

Нина накрыла руку Кента своей, прежде чем тот схватил Чада за шиворот модной рубашки.

Ей уже приходилось сталкиваться с таким отношением к себе, особенно во время работы в полиции. Изредка мужчины пробовали заигрывать с ней, когда она пыталась продемонстрировать свои полномочия, или же обвиняли ее во фригидности, если она не откликалась на их непристойные домогательства. Нина научилась видеть во всем этом неуважение и попытку отвлечь внимание. Прищуренные глаза Кента превратились в ледяные голубые амбразуры. Нина рассудила, что с этой открытой провокацией ей нужно справиться самой.

— Когда человек, которого я допрашиваю, откровенно старается меня разозлить, – тихо произнесла она, – я задаюсь вопросом, что же он скрывает. Чад, вы что-то скрываете?

— Кроме своей «колбасы», я ничего не скрываю, – презрительно фыркнул Чад.

— Грубое ребячество, – совершенно спокойно продолжала Нина. – Но вы не ответили на мой вопрос.

— Вот мой ответ, – самодовольно ухмыльнулся Чад. – Я за шлюхами не бегаю. – Он помолчал. – С какой стати мне заморачиваться, если они сами бегают за мной?

— То есть, – Нина подняла брови, – ваша защита опирается на сомнительный постулат: «Я слишком красивый».

— Я ничего не могу поделать с тем, какой я. – Чад пожал плечами.

— Нет, можете, – возразил Кент. – И должны.

— Похоже, у вас не должно быть никаких проблем с дамами, – повернулся к нему Чад. – Я хочу сказать, если не брать в расчет ваш мрачный серьезный вид, но это, я так понимаю, беда всех федералов.

Голос Кента понизился до зловещего рокота.

— Назвать вас беспринципным по отношению к женщинам было бы очень большим преуменьшением. – Он подался вперед, вторгаясь в личное пространство Чада. – Надеюсь, когда-нибудь вы повзрослеете. Но сейчас вы еще просто ребенок.

— Мне надоело говорить с вами, – сказал Чад, впервые проявляя нервозность. – Если у вас появятся еще какие-либо вопросы, свяжитесь с адвокатом моего отца.

Приблизительно через час Нина и Кент уже снова находились в «мозговом центре» вместе с остальными членами группы.

— Ну, как прошла беседа с Чадом Эймсом? – спросила Брек.

— Он полная задница, – сказал Кент, прекрасно формулируя итог, к которому пришла и Нина. Она мысленно отметила, что и сама не смогла бы выразиться лучше. – Однако в нашем деле он не подозреваемый.

— Мы подтвердили информацию начальника полиции Финикса о том, что Чад перевелся в ТИА только в январе, больше чем через полтора месяца после первого исчезновения в начале декабря, – сказала Нина, пожимая плечами. – К тому же он не из тех, кто способен испытывать страсть к кому-либо кроме себя.

Увидев всеобщее недоумение, Кент разъяснил:

— Чад – привлекательный парень, слишком увлеченный собой, чтобы думать о Мелиссе. Президент его студенческого братства назвал нам имя и телефон студентки, которая сможет обеспечить ему алиби на то время, когда была похищена Мелисса. – Он нахмурился. – Чад заявил, что он не мог похитить Мелиссу вчера вечером, поскольку, после того как оставил ее перед входом в здание студенческого совета, он – по его собственному выражению – забрал к себе в комнату «мебель». – Далее Кент объяснил, что подразумевал Чад под этим словом.