Книга Черная королева, страница 98 – Андреас Грубер

— Нет.

— Тогда вы потратили три дня впустую. Ваш срок истек, задание завершено. Надеюсь, вы хорошо провели время. Возвращайтесь.

Хогарт старался сохранять спокойствие.

— Послезавтра все закончится, я…

— Что это значит? Вы ведь не намерены просить продления контракта до воскресенья?

— На один день, – поправил его Хогарт.

— Это совершенно исключено. Дело закрыто, понимаете? Закрыто! Хотите остаться в Праге – воля ваша. С полуночи ваш счет будет заморожен. Чеки заблокированы. С завтрашнего дня аренда автомобиля и перелет домой оплачиваются за ваш счет. – Кольшмид сделал паузу. – Каково ваше решение?

Здравый смысл подсказывал Хогарту, что его задание закончено, когда так решило руководство страховой компании. Он знал, чем может все обернуться, если он вмешается в чужие дела и поведет собственное расследование. Еще одно дело Зальцман он себе позволить не мог. К тому же Новачек, как и Кольшмид, продолжения его участия в этом деле не хотел. Для него это был отличный шанс достойно покинуть Прагу, не потеряв лица. А обо всем остальном пусть позаботится чешская полиция.

В этот момент он представил себе Евгению Веселую, полную даму в черном пальто и шляпке с вуалью, склоняющуюся на еврейском кладбище перед мавзолеем раввина Лева, чтобы положить между камней записку с желаниями. Чего она желала? Долгой жизни себе и своему мужу? Иероним оказался в руках убийцы из-за него. Если Веселого убьют, вина за вторую смерть тяжким бременем ляжет на его совесть.

— Я не могу улететь, – сказал он.

— Это ваше решение. Пришлите мне факс, электронное письмо или SMS, чтобы у меня было письменное подтверждение, и сообщите, какая сумма наличных осталась в вашем распоряжении. И мы ответственности за ваши дальнейшие действия не несем. С этого момента мы дистанцируемся от всего, что вы делаете, – просто чтобы вы знали! До свидания!

Кольшмид повесил трубку.

Подобные слова Хогарт слышал два года назад, и тогда все вышло из-под контроля. Но на этот раз все должно закончиться иначе, хотя он понятия не имел, с чего начать.

На следующее утро Хогарт проснулся с ужасной головной болью, сверлившей череп как штопор. До пяти часов, несмотря на ватные шарики в ушах, он прислушивался к тому, как рыбы гложут корпус. Когда твари, наконец, угомонились, его регулярно будило раскачивание лодки. В семь часов он с трудом выбрался из постели, его бил озноб. Сырая погода доводила его до отчаяния. Почти невыносимая боль в спине, а еще снова начало пульсировать раненое плечо. Он знал, что день будет тяжелым.

Пока он, съежившись, сидел на койке и запивал две таблетки обезболивающего стаканом воды, зазвонил его мобильный. Это мог быть только Кольшмид. Вчера вечером Хогарт так и не отправил в страховую компанию факс.

— Привет, мой Большой! Как дела?

Это был брат. Его голос звучал отдаленно и странно, как будто незнакомый.

Хогарт потер висок.

— Доброе утро, Курт.

— О, черт, как ты говоришь?

— Как тот, кто дерьмово спал.

— Скажи мне, ты ночевал у женщины?

— Да, у Ивоны, но… – Зачем ему об этом распространяться? Он перешел к сути: – Я все еще в Праге.

— Я думал, ты собирался вернуться домой несколько дней назад.

— Кое-что произошло.

— Боже мой, а кто, черт возьми, такая эта Ивона?

Любопытство Курта удовлетворялось только тогда, когда он знал все до мельчайших подробностей. Однако сейчас Хогарт был не в настроении говорить об Ивоне.