Книга Разумовский, страница 51 – Кирилл Кутузов

— Тебя тоже пригласили? Странно… Я тебя впервые вижу. Я думал, что всех, кто в мордобой врубается, я более-менее знаю.

— Ну так немудрено. Это я тебя пригласил. Моё шоу. Ну, как моё… Мои вложения, идеи — ребят. Они в Зеленограде в гараже вот таким же занимались примерно. Билеты продавали по сто рублей. Калечили друг друга, потом у них один чуть от заражения крови не помер. Они думали закрывать лавочку, но тут я появился. И теперь, как видишь, у них всё по высшему разряду.

— Нормально аще… — одобрил Кирюха, который выпил достаточно шотов, чтобы ему всё начало нравиться. И реслинг, и кровища, и этот чел. Надо бы с ним закорешиться. Раз он в кровище толк знает, значит, свой.

— Меня… Кирюха зовут, лови краба, — с размаху протянул ладонь. Рыжий как-то неловко пытался её пожать.

— Сергей.

— Ты прям нормально тут устроил всё, Серёга. Чётко. И это… Хорошо, что позвал. Я всем пацанам расскажу, что у тебя тут нормально рубятся. Мы просто… Обычно ходим на… ну… нормальные драки зырить. Ну, там, у фанатов когда зарубы, у правых бойцовский клуб есть — там тоже чуть не до смерти метелят. Ещё есть промзона, мы туда бомжей привозим драться. Типа платим им. Кто на своих двоих ушёл — пятихат даём, победителю две тыщи. Отбоя нет, и рубятся насмерть… Но я… я скажу, что у тебя тоже… нормально.

— Слушай, ну от тебя такое слышать — высшая похвала, Кирилл. Не знал, что в Петербурге у любителей… зрелищного насилия… такая богатая социальная жизнь.

Гречкин всё сильнее пьянел и с каждой секундой всё острее ощущал, что все люди — братья. Правда, в его картине мира люди — это те, кто сидит на трибунах, и в идеале — в VIP-ложе, а те, кто крушит рожи им на потеху, — нелюди, но это уже лирика. Кирюха крикнул:

— Убей её! Убей!

Отвернулся от ринга, на котором одна крепкая девчонка душила другую проводом, и состроил рожу змея-искусителя:

— Серёг… А тебе же вот… всё это нравится? Ты же не только ради бабок вложился, да?

— Ну разумеется! Это же древнее аристократическое удовольствие — смотреть, как для тебя люди зазря проливают кровь.

— Я просто к чему… Есть же, ну… не только бои. Мы с пацанами ещё вот… охотиться ездим.

— На людей? — оживился рыжий.

Лицо у Гречкина вытянулось:

— Ты вообще лютый, Серёга… На каких людей? На медведей, лосей… По Красной Книге, бывает, катаемся.

Рыжий засмеялся:

— Да это шутка была. Я вот на охоту никогда не ездил. Но всегда хотел. Не то чтобы мне было интересно убивать животных… Скорее, просто оружие завораживает.

— Серёг, ты… братан вообще. Та же хрень! Чё… Животные. Туша и туша. Тут сам процесс. Я… Можно я тебе тайну расскажу? Я вот как-то хреначил бухой на тачке, влетел на полной скорости в каких-то типов, пересрал и свалил. Думал, батя замнёт, если что. Он и замял: там экспертиза обнаружила, что они там все были бухие, да и вообще они сами под колёса выскочили. Но я когда узнал, что чуваки эти сдохли, меня… затрясло. Я… что-то ощутил такое…

— Сила в руках появилась? Как будто тебе по плечу то, чего не могут остальные?

— Как… Как с языка снял, Серёга.

Ему уже было не до ринга с проволокой вместо канатов. Он просто радовался, что нашёл челика, с которым можно побазарить по душам.

— Слушай, Серёг, а может, хрен с этим реслингом — погнали к моему корефану, Пете Шмайсеру. Он нам стволы достаёт, для охоты. Какие-то пули ему сейчас из Африки прислали. Говорит, тушу прям разносят…