Книга Смерть во льдах, страница 30 – Георгий Юрский

— Такой череп крепкий? — недоверчиво спросила Вероника.

— И крепкий, и в форме клина. Когда он на тебя прет, голову опустив, очень сложно его завалить. Кость десять сантиметров. Лично мерял.

Народ принялся обсуждать рассказ Ивана Колычева, а у того в запасе была еще пара историй из африканской саванны, так что время текло незаметно. Спустя час кто-то обратил внимание на отсутствие Андрея. Охотовед взял рацию и пощелкал кнопками:

— Андрей, как слышно? Приём.

В рации оставался ровный шум статического электричества. Иван повторил вызов ещё пару раз. Эффект был тот же.

Рустам выругался и вскочил со своего места. Было ощущение, что вместе с ним поднялся ветер.

— Сука, там же этот медведь шарится. Как я его отпустил?!

По Рустаму было видно, что он не на шутку взволнован. Окружающие смотрели на него с удивлением — доселе он не демонстрировал особых отеческих чувств.

Наконец после третьего или четвёртого вызова рация затрещала и прорезался голос Андрея:

— Слышу хорошо, приём.

— Куда ты пропал? — требовательно спросил Иван.

— Все собрал, уже ехать назад собрался. Но тут снегоход сломался, тросик газа оторвался. Пытаюсь починить, ничего не получается, — чуть не плача произнёс Андрей.

— Ну хер с ним, со снегоходом, иди пешком. Найдёшь направление? — Иван посмотрел на окружающих, видимо, заранее догадываясь об ответе.

— Замело следы, — после короткой паузы сообщил Андрей дрогнувшим голосом. — Не уверен.

— Ща, погоди, минуту, — Иван отключил рацию и обратился к коллегам: — Быстро кто-нить метнитесь за ружьем! И в воздух несколько выстрелов сделайте. Через паузу. В полминуты.

Виталий первым отреагировал, кивнул и вышел за ружьем. Спустя пять минут с улицы раздался гулкий выстрел.

— Андрей! Выстрел слышал? — требовательно спросил Иван.

— Нет. Ветер воет сильно.

— Давай внимательно слушай. Повернись вправо-влево, — охотник добавил голосу настойчивости.

Тем временем Виталий выстрелил ещё раз.

— Сейчас?

— Тут очень ветер сильно шумит, — жалобно произнёс Андрей.

— Твою мать! — выругался Рустам.

— Сам, стало быть, как? Не замёрз? Ноги, руки, лицо? — уточнил Иван, недовольно качая головой.

— Нормально. Пальцы только онемели, пока с Бураном возился, — голос Андрея стал опять жалобным.

— Пальцы растирай. Дыши на них. И сам не мерзни, тепло сохраняй. Отбой пока. Мы что-нибудь придумаем.

Иван отключился и повернулся к коллегам. Все обескураженно молчали. В этот момент с улицы зашел Виталий. Его модная бородка была вся в инее, а одежда облеплена мокрым снегом.

— Ещё стрелять или хватит пока?

— Хватит, ни хрена не слышит. Как там погода? — спросил его Иван, хотя по виду вошедшего и так все было ясно.

— Вообще, трэш! Нашего дома отсюда не видно.

Рустам, заметно нервничая, спросил коллег:

— Пойдём ведь искать?

— Дык куда пойдём, сами потеряемся. Да и где его искать-то, куда идти, не понятно, — Иван развел руками, хотя по его лицу было понятно, что он лихорадочно ищет какой-то выход.

— Он же там долго не продержится, замёрзнет на хрен! — Руки Рустама то взъерошивали волосы, то опускались на колени. Никто не видел олигарх таким взволнованным. — Надо что-то делать! Свяжемся веревками, как альпинисты, или еще как-то.

Все растерянно смотрели друг на друга.

— У нас тут люди терялись и замерзали в пределах станции. На Колгуеве учёный в баню пошёл. Весной нашли, — зачем-то добавила пессимизма Лидия Николаевна, — Поэтому у нас веревки между всеми домиками натянуты.