Книга Всё имеет свою цену, страница 173 – Лотте Хаммер, Сёрен Хаммер

— О’кей, понятно. Слушай, а как мы, собственно говоря, к нему войдем?

— Ну, нас просто впустят, а как же еще?

— Да нет, я имел в виду, как ты все это уладишь без официального разрешения своего шефа и тому подобных формальностей?

— Если ты только этого боишься, то здесь проблем не будет.

— Да я не боюсь, просто подумал…

— А ты не думай.

По поводу того, что в тюремное отделение их впустят без особых проблем, Полина Берг оказалась права. Пожилой инспектор, которому, похоже, оставались считаные часы до выхода на пенсию, провел их к камере Андреаса Фалькенборга и открыл дверь.

Они оказались в небольшом помещении около десяти квадратных метров, обставленном со спартанской простотой. Нары, письменный стол со стулом, шкаф и маленький холодильник, – все эти предметы были наглухо привинчены либо к полу, либо к стенам. Камеру освещал тусклый свет, падавший из окошка в торцевой стене. Когда они вошли, Андреас Фалькенборг поднялся с нар к ним навстречу. До их прихода он лежал и читал – какие-то путевые записки о путешествии по Индии, как отметила про себя Полина. Поначалу внимание заключенного привлек исключительно Асгер Гро – он, несомненно, выделялся своими внушительными габаритами, а также благодаря тому, что был в форме. На какое-то мгновение девушка даже подумала, что преступник так и не обратит внимания на ее внешность. Однако стоило хозяину камеры заметить Полину, как он застыл, будто его пригвоздили к месту на манер мебели, нижняя челюсть его отвисла, а в углу губ показалась струйка слюны.

Асгер Гро тем временем использовал возникшую паузу для того, чтобы подготовить к работе свой диктофон. Расположив его на столе, он формальным тоном задал первый вопрос:

— Андреас Фалькенборг, вы не будете против побеседовать с нами несколько минут?

Не получив ответа, инспектор повторно задал вопрос, однако вновь не добился никакого результата. Тогда, пожав плечами, он с выжидательным видом присел на нары, уступив место Полине Берг. Когда между Андреасом Фалькенборгом и девушкой не осталось никого, заключенный отреагировал на это как испуганный зверек. Отбежав в дальний угол камеры, он опустился на корточки и съежился. Полина, чувствуя, что ситуация вот-вот выйдет из-под контроля, отступила на шаг и встала возле двери. Скорчившийся Фалькенборг настороженно следил за каждым ее движением; тот факт, что расстояние между ними увеличилось, похоже, подействовало на него успокаивающе. Рот его закрылся, и страх больше не был единственным чувством, написанным у него на лице – теперь оно дышало к тому же еще и едва сдерживаемой ненавистью.

— Андреас, ты убил Анни. Расскажи мне, как ты это сделал.

Фалькенборг не отозвался, да она и сама, признаться, на это не рассчитывала. В возникшей тишине камеру наполняли звуки его громкого сопения.

— Ты хочешь, чтобы я подошла к тебе ближе?

Угроза подействовала на него почти физически: он отшатнулся и умоляюще посмотрел на Асгера Гро. Тот сказал:

— Лучше бы вам ей ответить.

Скрежеща зубами, Андреас Фалькенборг почти что простонал:

— Она… ей… ей нельзя здесь быть.

— Ну так расскажите же, черт подери, ей, что вы сделали, и она тут же уйдет! Что тут сложного?

Полина Берг поддержала его:

— Вот именно, расскажи мне об Анни. И я сразу уйду. Он впервые оторвал от нее взгляд и посмотрел в пол себе под ноги. Прошла, казалось, целая вечность, прежде чем он снова заговорил, обращаясь к Асгеру Гро: