Книга Всё имеет свою цену, страница 42 – Лотте Хаммер, Сёрен Хаммер

— Нет, сделай ссылку и пометь в скобках ДТУ.

— Нужно разносить отдельные предметы, которые он там изучал, по хронологии?

— Было бы здорово, а можно дать их список другим шрифтом?

— Я сделаю его на сером фоне.

Мальте Боруп записывал, Конрад Симонсен размышлял, и уже вскоре такое разделение труда принесло первые плоды.

— Мальте, если я не ошибаюсь, в его учебе есть перерыв – 1977 год.

— Никакой ошибки. Действительно, в том году он не сдавал никаких экзаменов.

— Пошли Арне mail или sms – я бы хотел знать, чем он занимался в этом году. Все прочие его экзамены выглядят прямо один к одному – он сдавал их регулярно и с неизменно отличными результатами, – видимо, что-то тогда произошло.

Студент заклацал клавиатурой.

— На всякий случай я послал и mail, и sms. А вот, я вижу, готов список мест, где он проживал.

— Ну-ка, прочти, но не адреса – только города.

— Итак: Хольте, то есть дома, – до 1973, общежитие в Люнгбю ^[13] – до 1979, а после этого и до сегодняшнего дня – четыре различных адреса в Копенгагене и пригородах: Фредериксберг, Эстербро, Драгёр и, наконец, снова Фредериксберг. Даты переездов называть?

— Нет, спасибо, но выпиши их по хронологии и свяжи с конкретными адресами.

— А пребывание на дачах?

— Их тоже включи. Ты сказал «на дачах»? У него, что же, их много?

— Одна в районе Прэстё ^[14], старая, ей он владеет уже много лет и сейчас сдает. Еще один летний домик в Лиселяйе ^[15] и один – в Швеции, правда, их он уже продал.

— Зафиксируй, когда он их покупал и продавал, и сделай сноску от адресов.

— Йес, босс. А как быть с Гренландией? В то время за ним по-прежнему оставалась квартира во Фредериксберге, та, первая.

— По поводу Гренландии сделай отдельную страничку, укажи дату, когда он туда отправился, и сделай ссылку. – Даты я не знаю – от Графини пока что так ничего и не поступало, но есть одна странная информация о некоем доме.

— Что за информация?

— В 1986-м, нет, извини, в 1996 году, в декабре, он покупает первый этаж некоего дома в Рёдовре ^[16], а затем в январе 1997 года снова его продает, теряя более 40 000 крон. В подтверждение – масса сканированных копий различных бумаг.

— Да уж, интересный факт. Запиши одной строчкой «покупка дома» и «продажа дома» и поставь отсылку на копии документов. А не мог бы ты создать особый файл для невыясненных вопросов и поместить туда пока что «перерыв в учебе в 1977» и «дом в Рёдовре 1996/1997»?

— Сделаю.

— А как насчет мест его работы, помимо Гренландии? Я имею в виду, ведь он должен был где-то зарабатывать деньги все это время.

— Он владеет собственной фирмой – у меня есть все данные о ней из налогового управления начиная с 1973 года. Они только что поступили, так что, если хочешь, могу рассказать, сколько он зарабатывал.

— Да, хотелось бы знать. Позже, когда немного освободишься, составь электронную таблицу за весь период времени и перешли мне ее в виде столбчатой диаграммы.

— Хорошо, я пометил. За прошлый год он получил доходы в районе 900 000 крон.

Конрад Симонсен присвистнул.

— И это – обычное дело или же уникальный случай?

— Когда как, бывали годы, когда он зарабатывал даже больше, а иногда – почти совсем ничего.

— А откуда-нибудь можно понять, чем конкретно занимается его фирма?

— Погоди-ка минутку, сейчас посмотрю, хотя нет, не теперь… Поуль Троульсен ведет сюда какого-то свидетеля. И поступила новая информация из Гренландии.