Онлайн книга «Резервная столица»
|
— Нельзя, — отрезал Костик. — Почему? — По инструкции. — И все-таки? Он тяжко вздохнул и объяснил: — Потому что я никак не смогу проконтролировать, уничтожила ты бумагу после прочтения или нет. Лучше пусть ты что-то позабудешь и я потом напомню, чем документ попадет в чужие руки. — То есть ты мне не доверяешь… — медленно и неприязненно произнесла Ксюша. — Я всего лишь выполняю инструкцию. * * * Тем временем "Союзкиножурнал № 58" сменился следующим, тот оказался сдвоенным, числился сразу под двумя номерами, 66-м и 67-м, и на экране происходили куда более свежие события: шли в бой танки с красными звездами на башнях, взлетали самолеты сталинских соколов, Калинин вручал правительственные награды отличившимся в боях красноармейцам и их командирам. Девушки и женщины — улыбающиеся и удивительно нарядно одетые — бодро махали лопатами на строительстве укреплений. Работники тыловых предприятий рапортовали о досрочном выполнении годовых планов и обещали не останавливаться на достигнутом. Голос диктора был полон оптимизма и уверенности в скорой победе. Если бы сзади имелись еще ряды, и если бы там сидели зрители, то наверняка решили бы: у парочки всё на мази, девушка не осталась глуха к речам кавалера, вот-вот у них начнутся поцелуи и можно будет сделать возмущенное замечание. Они прижались плечами, склонили головы друг к другу, тихонько переговаривались, но разговор был далек от любовных материй. Костик задавал вопросы, отрабатывал те моменты в предыдущем рапорте, что нуждались, на его взгляд, в уточнениях. Звучало это примерно так: — То есть машинистка Щевелькова пришла на работу в синей кофточке, а на обед вышла в сиреневой? Именно в сиреневой, ты уверена в оттенке? (Среди прочих задач, полученных Ксюшей, была и такая, показавшаяся более чем странной: непременно сообщать, если кто-то из сотрудников Амторга сменит в течение дня какую-либо деталь туалета.) — Уверена. Я не страдаю дальтонизмом. — Помню, помню… Ты страдаешь отсутствием чувства юмора. Но момент крайне важный, оттого и переспрашиваю. — Ничего тут важного! Ты ничего не понимаешь! Вы все, мужчины, ничего не понимаете! Утро было прохладное, оттого она и пришла в синей, та потеплее, но не подходила ни к юбке, ни к туфлям, — вот и вся тайна мадридского двора. — Возможно… Или Щевелькова подавала кому-то сигнал, замотивировав погодой. Проверять надо всё. Понаблюдай за ней повнимательнее именно в этом аспекте. Ладно, у меня больше нет вопросов. Пойдем в фойе, перекусим в буфете? Я с утра в бегах, пообедать не сложилось. — Нет уж… Я хочу посмотреть фильм. Ты иди, перекуси, зачем голодать. — Нельзя одному, выпадение из образа… Потерплю, не буду делать из еды культа. Она сжалилась: — Хорошо, пошли вместе. Но если услышу, что фильм начался, вернусь в зал, уж извини. — Успеем. Мне кажется, этот журнал сегодня не последний. Из двух буфетов "Колизея" сейчас работал лишь один, причем его ассортимент блюд основательно скукожился, но все же для Костика нашлись бутерброды с рыбой и с сыром. Запил импровизированный ужин он рюмкой коньяка, пожав плечами в ответ на недоуменный взгляд Ксюши: рабочий день, дескать, закончен, имею право. Она ограничилась стаканчиком ситро — пирожные единственного вида показались слишком давно обосновавшимися в витрине. |