Книга Контракт на спасение, страница 63 – Тая Глиб

Его ладони, горячие даже под струями воды, уверенно ложатся на мои бёдра. Илья заставляет меня раскрыться ему навстречу, его пальцы начинают дразнящую игру, исследуя мою готовность. Каждое его прикосновение отзывается во мне электрическим разрядом.

— Девочка... Да. Ты хочешь меня. Так сильно, как и я тебя. Сейчас, Лиза... — его голос, сорванный и хриплый, звучит прямо у моего уха.

Он разрывает поцелуй лишь на мгновение, чтобы одним мощным, уверенным движением заполнить меня собой до самого предела. Я вскрикиваю, подаваясь вперёд, чувствуя его невероятную твердость и мощь. Илья начинает двигаться — сначала медленно, тягуче, давая мне привыкнуть к этой полноте, а затем всё более неистово.

Мир вокруг перестаёт существовать. Остаются только шум воды, жаркие вспышки перед глазами и этот ритм, в котором мы становимся единым целым. Я инстинктивно подстраиваюсь под его толчки, обвивая его ногами, прижимаясь так близко, словно пытаюсь врасти в него.

Движения Ильи становятся яростными, сокрушительными. Я чувствую, как внутри меня натягивается невидимая струна, и в момент последнего, самого глубокого проникновения она срывается, обрушивая на нас обоих ослепительную волну наслаждения.

Он тяжело роняет голову мне на плечо, и мы оба стоим, содрогаясь от прерывистых выдохов. Это было за гранью возможного...

Когда он медленно отстраняется, я едва нахожу в себе силы не упасть — ноги стали ватными, я буквально висну на его широких плечах. Илья бережно смывает с нас остатки пены и нашей близости, окутывая меня облаком нежности. Затем, укутав в мягкое полотенце, он подхватывает меня на руки, переносит в спальню и осторожно укладывает на прохладные простыни.

— Отдыхай, моя девочка... — шепчет он, касаясь губами моего виска.

Сон накрывает меня мгновенно, даря долгожданный покой.

Илья

Сон не идёт. Сегодня я чуть не наворотил такого, что потом было бы не разгрести. Надеюсь, наш разговор с Лизой хоть немного сглажен моими объяснениями и действиями. Если ставить на весы сейчас, то Лиза перевесит всё — даже моих возможных детей. Но это сейчас, что потом одному богу известно, хоть я в него и не верю. Вопрос всё равно нельзя выпускать из виду, просто действовать нужно аккуратнее.

Лиза спит, а я выхожу в кабинет, чтобы закрыть несколько дел, зависших из-за наших «качелей»: от страсти — к удару носом об асфальт, и снова к страсти… Пока мы на пике, нужно успеть закрепить позиции.

Звоню Сабурову. Этот идиот, видимо, опять в клубе — музыка на заднем плане долбит нещадно.

— Э-ге-й! Привет, Каримов! Какими судьбами? — орет он в трубку.

— Разговор есть серьёзный.

— Так подъезжай! У нас тут хорошо. Девочки, тёлочки, всякое мутим — и на тебя хватит…

— Я скину адрес, приезжай. Поговорим.

— С какого это хера ты такой борзый стал? К себе вызываешь?

— Не к себе. Ты и близко больше не подойдёшь ни ко мне, ни к моей семье, ни вообще к нашей «дружеской компании».

— Это кто так решил?

— Я.

— А не много ли ты на себя берёшь?

— Можешь спросить у «друзей» — много или нет… Карина рассказала мне о вашем плане. Обломался ты по всем статьям, Сабуров. По всем.

Голос на том конце уже звучит не так нагло. Слышу, что он ушёл подальше от музыки и криков.

— Каримов, ты чё мелешь?