Онлайн книга «Архитектор (не) моей мечты»
|
— Илья, что-то случилось? — Наталья, где последний вариант проекта по объектам Кармазина? — его голос звучит как лёд, пробивая меня насквозь. Он никогда не называл меня полным именем — только в официальных отношениях преподаватель-студент, и то с некой иронией добавляя к имени моё отчество. — Последние правки я внесла сегодня. Отправила тебе на почту где-то полчаса назад, — я правда в недоумении. Илья как будто зол на меня. — Спрошу один раз, и ты мне честно ответишь. — Видно, что Илью бесит эта ситуация, он никак не может решиться… А нет, решается. Произносит и этим действительно очень больно бьёт: — Наталья, ты кому-то ещё показывала проект? Отправляла? Может, случайно? — Ты в чём меня подозреваешь, Ольхов⁈ Давай начистоту: что произошло? — Это уже не важно. Проект слит. Его Кармазину предложила другая компания. Он только что позвонил мне… И мне не нравятся те мысли и вопросы, которые роятся в моей голове. — Ты мне не доверяешь? — Скорее, это недоверие не связано с тобой… — Ты не ответил. Илья, ты мне не доверяешь? Он молчит. Отводит глаза. — Мне ясно. — Стараюсь держать себя в руках. Как же унизительно и больно быть подозреваемой в несодеянном. Особенно — им. Особенно когда я только поверила, что может быть «мы». Еле сдерживая дрожь в голосе и подкатывающий к горлу ком, я парирую: — Я ничего такого не делала! — Наташ, проект отправлен из офиса с твоей почты. Сегодня днём. Спецы по внутренней безопасности провели расследование… — он прикрывает глаза и ведёт головой из стороны в сторону. Я понимаю, что внутренне он не согласен. Но он всё равно бьёт словами: — Наташ, зачем? Флешбэк (пять лет назад) Илья — Севилья, зачем? — Моя позиция под сомнением, мне нужно реанимироваться в глазах руководства. И это твоя вина, что последние два месяца я была хреновым работником. Ты в этом виноват, тебе эту проблему и следовало решать. — Севилья, ты сама всё решила! — Да, я решила. Как узнала, что беременна, я всё решила… Токсикоз меня убивал и делал мою карьеру и удержание в компании невозможным. Единственный шанс — подготовить пристойный проект. А раз мои мозги «потекли» на фоне токсикоза, я решила всё кардинально. Не готова я к материнству и не готова жертвовать карьерой. Поэтому да, твой проект я представила как свой. Мы квиты… — Севи, зачем ты так с нами? — Ты тоже — зачем так? Зачем так реагировать? Нам хорошо вместе, зачем усложнять? А твой проект — это компенсация за два месяца моих «поплывших» мозгов. Но я уже в строю… Перевернём страницу и попытаемся больше не «залетать» на такие проблемы. Такое ощущение, что меня отхлестали по щекам, как маленького мальчишку. Её логика неприятна мне ни как мужчине, ни как коллеге, ни как несостоявшемуся отцу… Как я за три года не увидел этого в ней? Как? Хотя, пусть это и ужасно звучит, может, и к лучшему. Мне сейчас стало очень ясно видно, что из Севильи мать была бы такой же, как и моя «матушка», которая всегда открыто обвиняла меня в своих карьерных недостижениях. Твердила, что ребёнок — это слишком большая ноша для творческого человека, это оковы… — Я не смогу после этого тебе доверять, Севи… — Это твой выбор. Я предлагаю забыть и жить дальше, нам же хорошо вместе… — Я уже так не думаю… Сейчас Илья Наташка смотрит на меня глазами, полными слёз. А меня всё равно топят флешбэки прошлого. Хотя тогда реакция Севильи была иной. Какие слёзы⁈ Только надменный взгляд и нападение… |