Книга Архитектор (не) моей мечты, страница 55 – Тая Глиб

Илья медленно отставляет пустую чашку. Его взгляд меняется — ирония исчезает, уступая место той самой «бархатной» глубине, от которой у меня перехватывает дыхание. Он протягивает руку через барную стойку и накрывает мою ладонь своей. Его пальцы горячие, сухие и надежные.

— Наташ… — тихо произносит он, и моё имя в этой акустике звучит как признание.

Я молчу и просто смотрю в его глаза, где в мягком свете панорамных окон отражается вечер, этот дом и я сама — наконец-то настоящая.

— Ты потрясающая!

Он целует мою руку, запуская разряды тока по моей коже.

Он плавно встает, не разрывая визуального контакта, и делает шаг ко мне. Пространство между нами сокращается до минимума, до того самого резонанса, когда слышишь не голос, а биение сердца. Я закрываю глаза и просто впитываю его присутствие — как ту самую недостающую деталь. Теперь всё правильно…

Илья

Когда я проектировал этот дом, то почему-то разделил кабинет на две зоны. Изначально задумка была в том, чтобы совместить пространство для черчения и лаундж с библиотекой. Но позже книги «осели» в каминном зале, и часть моей «светочи» осталась свободной. Наверное, это было провидение: Наташе как архитектору-дизайнеру тоже понадобится рабочее место. И оно у неё будет — здесь, рядом со мной.

Я показываю Наташе это помещение. Она в восторге.

— Илья, это потрясающее пространство для творчества. Здесь всё пропитано тобой. В каждой детали — ты.

— Я хочу, чтобы часть этого кабинета стала твоей.

— Мне ещё год учиться, и…

— Кто из нас не заканчивал университетов? Все через это прошли. Год пролетит незаметно, а там…

— А что там? — я не решаюсь заговорить об этом первой. Принято, что такие темы поднимает мужчина. И хотя Илья уже признался в чувствах и не раз назвал этот дом «нашим», он всё ещё не произнёс самого главного. — Там — «жили долго и счастливо»?

— И умерли в один день… — Илья иронично ухмыляется.

— Нет, не умерли… — он берет мою руку, и в этот момент магия тишины рушится.

Мы слышим, как в дом кто-то входит. Женские голоса, шум, шаги… Моё сердце пускается вскачь. Я и представить не могла, что здесь может кто-то появиться вот так, без предупреждения. Илья ведь говорил, что сам бывает здесь редко.

Я смотрю на него. Первое замешательство на его лице сменяется явным раздражением. Он едва заметно качает головой и закатывает глаза, прижимая ладонь ко лбу — типичный жест человека, чьи планы бесцеремонно нарушили. Пока он решает, как поступить, голоса становятся всё отчетливее, приближаясь к нам.

— Илья, ты дома? У нас гости!

Илья резко втягивает воздух, словно перед прыжком в ледяную воду.

— Мам, почему ты не предупредила, что приедешь? — чеканит он.

Дверь распахивается, и входит она… Высокая, стройная женщина лет пятидесяти в безупречном белом брючном костюме и чёрной шляпке. Настоящая леди. Яркий вечерний макияж, ледяная уверенность…

— Привет, сын! — бросает она, едва скользнув по мне взглядом. Она не удостаивает меня даже кивком, не то что приветствием. — Ты раньше не приводил девочек в этот дом. Странно…

— Потому что это не «девочка». Это Наталья, моя девушка.

Мать Ильи наконец окидывает меня оценивающим, тяжёлым взглядом. Мне мгновенно становится неловко за своё простое летнее платье и за то, что шпильки остались у порога. Мои голые ступни на дорогом паркете кажутся сейчас символом беззащитности.