Книга Тени прошлого, страница 141 – Джорджетт Хейер

Сен-Вир нетерпеливо щелкнул языком.

— Ты сошла с ума. Я тебе это запрещаю, понятно?

Мадам опять принялась вытирать платком глаза.

— Как ты жесток! – рыдала она. – Знаешь, что говорят в свете – что она твоя незаконнорожденная дочь. Моя маленькая доченька.

— Конечно, я знаю про эти разговоры. Это – лазейка, через которую я смогу выбраться, но я еще не сообразил, как это сделать. Мари, сейчас нам надо не каяться, а действовать. Неужели ты хочешь нашей погибели? Ты только представляешь себе, во что это может вылиться?

Она отшатнулась от мужа.

— Да, Анри, конечно, представляю! И я боюсь! Каждую ночь мне снится, что наша тайна разгадана. Это сводит меня с ума.

— Успокойтесь, мадам. Скорей всего, Эвон тянет время, чтобы потрепать мне нервы. Если бы у него были доказательства, он давно бы уже нанес удар.

Сен-Вир принялся грызть ногти.

— Какой ужасный человек! Абсолютно бессердечный! – Графиня вздрогнула. – У него есть средство тебя погубить, и он обязательно им воспользуется.

— Нет, не воспользуется, если у него нет доказательств. Возможно, что Боннар признался исповеднику – или его жена. Видимо, они оба умерли, иначе Боннар не осмелился бы отпустить девчонку. Черт! Почему я не узнал, куда они уехали из Шампани?

— Ты считал… ты считал, что нам лучше не знать, – с трудом проговорила его жена. – Но где этот человек нашел мою крошку? Откуда он узнал?

— Он действительно Сатана. По-моему, нет ничего, о чем бы он не знал. Но, если мне удастся вырвать девчонку из его лап, он будет бессилен. Я убежден, что у него нет доказательств.

Мадам принялась ходить по комнате, ломая руки.

— Мне невыносимо думать, что она в его власти! – воскликнула она. – Кто знает, что ему вздумается с ней сделать? Она так молода и так красива…

— Она привязана к Эвону, – со смешком сказал Сен-Вир. – К тому же чертовка умеет постоять за себя.

Мадам остановилась. В ее глазах мелькнула надежда.

— Анри, если у Эвона нет доказательств, откуда ему известно, что Леони – моя дочь? Может быть, он думает… как эти сплетники. Разве так не может быть?

— Может, – признал Сен-Вир. – Однако из разговора с ним я понял, что он догадывается.

— А Арман! – воскликнула графиня. – Разве он не догадается? Боже мой, что же нам делать? Стоило ли все это затевать, Анри? Только для того, чтобы оставить с носом Армана?

— Я об этом ничуть не жалею, – рявкнул Сен-Вир. – Что сделано, то сделано. Вернуть ничего нельзя, значит, не стоит и размышлять, стоило оно того или нет. А вы, мадам, извольте почаще ездить в свет. Не хватало только предоставить Эвону дополнительные поводы нас подозревать.

— Но что он собирается делать? Чего он ждет? Что он задумал?

— Если бы я знал, то что-нибудь предпринял бы.

— А как ты думаешь – она знает?

— Клянусь честью, что нет.

Графиня захохотала.

— Честью? Да как ты можешь говорить о чести?

Он шагнул к ней. Она уже была в дверях.

— Твоя честь умерла, когда ты заставил меня отказаться от моего ребенка. Твое имя втопчут в грязь! И мое тоже! Неужели ты ничего не можешь сделать?

— Замолчите, мадам! – прошипел он. – Вы что, хотите, чтобы вас услышали слуги?

Она вздрогнула и пугливо посмотрела по сторонам.

— Если об этом узнают, я не переживу, – тихо сказала она и вышла.

Сен-Вир рухнул в кресло и некоторое время хмуро сидел там. Затем в комнату вошел лакей.