Онлайн книга «Помощница по ошибке»
|
Она вышла из метро у офисного здания. Стеклянные двери, охрана, вечно спешащие люди. Агата достала пропуск, но в сумке его не оказалось. Она застыла, лихорадочно роясь — телефон, кошелёк, ключи, диплом, зеркало, снова телефон. Пропуска не было. — Чёрт! — выдохнула она. Оставила дома. Точно оставила дома. Придётся идти через ресепшен, выписывать временный. Ещё больше времени, ещё больше нервов. Агата выдохнула, закрыла сумку и шагнула к дверям. Она была настолько сосредоточена на своих мыслях, на том, что скажет охране, на прокручивании вариантов разговора с начальником, что не смотрела под ноги. Только когда нога зацепилась за порожек — тот самый, дурацкий порожек, о который она спотыкалась каждое утро, — было поздно. Агата полетела вперёд, выпустив из рук сумку. Содержимое разлетелось по мокрому полу холла, туфля слетела с ноги, очки съехали набок. — Чёрт! Чёрт! Чёрт! — зашипела она, пытаясь встать и одновременно поймать очки. Она стояла на коленях в грязной луже, оставшейся от чужих ботинок, собирая мокрые предметы, когда чья-то рука — в идеально выглаженном рукаве дорогого пиджака — протянула ей упавшее зеркало. — Ваше, — раздался ледяной голос сверху. Агата подняла голову. И застыла. Перед ней стоял Волин. Высокий, безупречный, в чёрном пальто, с мокрыми от дождя волосами и холодными светлыми глазами. Он смотрел на неё сверху вниз с лёгким недоумением, будто на странный экспонат в музее. Рядом с ним застыл его зам — тот самый высокий мужчина в костюме, которого Агата видела в столовой. — Спасибо, — выдохнула она, принимая зеркальце дрожащими руками. — Извините, я сейчас… Я мигом… Она судорожно собирала бумаги, чувствуя, как горит лицо. Очки совсем съехали, пучок растрепался, на штаны в области коленок сверкали темными пятнами от слякоти. Идиллия. Волин не уходил. Он стоял и смотрел на неё. Потом перевёл взгляд на зама. — Петров, — сказал он вдруг своим ледяным тоном, которым, наверное, подписывал приказы об увольнении. — Помните, что я сказал вчера? — Э… — зам замялся. — Если позволите, Александр Сергеевич, вы вчера много чего говорили… — Я сказал, — Волин смотрел прямо на Агату, — что первого, кто войдёт в эту дверь сегодня утром, я возьму помощником. Любого. Хоть уборщицу. Агата замерла с мокрым проездным в руках. — Первый, кто вошёл, — медленно повторил Волин, — это она. Зам открыл рот и закрыл. — Эту? — выдохнул он. — Александр Сергеевич, вы серьёзно? Она же… она с пола сейчас… — Я серьёзен, как никогда, — оборвал его Волин. Он перевёл взгляд на Агату, и в его глазах не было ни капли насмешки. Только сталь. — Через час чтобы были в приёмной на тридцать третьем этаже. Испытательный срок — неделя. Опоздаете — уволю. Не справитесь — уволю. Вопросы? Агата смотрела на него снизу вверх, сидя на мокром асфальте, с растрёпанным пучком и папкой в руках, и не могла произнести ни слова. — Вопросов нет, — ответил за неё Волин. — Петров, проследи и введи в курс дела. — И, развернувшись, пошёл к стеклянным дверям, бросив через плечо: — Через час, девушка. Не заставляйте себя ждать. Он ушёл. Зам, Петров Степан Георгиевич, ещё пару секунд смотрел на Агату с выражением «я ничего не понимаю, но спорить не буду», потом рванул следом. Агата осталась одна на мокром полу, среди не до конца собранных предметов из сумки, с бешено колотящимся сердцем и одной мыслью в голове: |