Книга Помощница по ошибке, страница 59 – Анастасия Сумеркина

Агата стояла как громом поражённая. Голос матери разносился под стеклянным куполом, привлекая всё больше внимания. Люди останавливались, оборачивались, шептались.

— Прекрати, — выдохнула Агата. — Прекрати сейчас же.

— А то что? — Елена злорадно усмехнулась. — Вызовешь охрану? Так вон они. Но я не уйду, пока не скажу всё, что думаю!

Охранники приближались, но мать, заметив их, рванула к лифтам. И в этот момент створки открылись.

Оттуда вышли Волин и Петров.

Агата увидела, как взгляд Волина мгновенно оценил ситуацию — её перекошенное лицо, мать, бегущую к нему, застывших охранников. Он не изменился в лице, только стал ещё холоднее, если это возможно.

— Александр! — взвизгнула Елена, бросаясь к нему. — Сашенька! Как я рада вас видеть! Вы так помогли моей девочке, я просто не могу выразить благодарность!

Она попыталась схватить его за рукав, но Волин отстранился, даже не глядя на неё. Его взгляд был прикован к Агате.

— Уберите это, — бросил он охранникам коротко.

— Сашенька, ну что вы... — залебезила мать, но её уже брали под руки.

И тут что-то в ней перещелкнуло. Хитрая лиса превратилась в разъярённую фурию. Она вырвалась на секунду и закричала, повернувшись к Агате:

— Ах ты дрянь! Ты думаешь, я не знаю, зачем ты сюда пробилась? Такая же охотница за деньгами, как и я! Только я хотя бы честно говорю, а ты строишь из себя невинность! Через постель к нему подобралась, да? Думаешь, я не вижу, как ты на него смотришь?

Агата стояла белая как мел. В холле повисла мёртвая тишина. Все взгляды были прикованы к ней.

— Уведите, — голос Волина прозвучал как удар хлыста.

Охранники поволокли упирающуюся мать к выходу. Её крики ещё долго разносились под куполом: «Пустите! Вы знаете, кто мой муж? Вы пожалеете!..»

Агата не могла пошевелиться. Ноги приросли к полу, сердце колотилось где-то в горле, в ушах гудела кровь. Она чувствовала на себе десятки взглядов — любопытных, осуждающих, насмешливых. Кто-то уже шептался, прикрывая рот ладошкой.

— Вершинская, — раздался рядом спокойный голос.

Волин стоял в двух шагах. Он смотрел на неё, и в его глазах не было ни гнева, ни презрения — только какая-то спокойная решимость.

— Идите за мной.

Он развернулся и шагнул в открывшийся лифт. Агата, как во сне, двинулась следом. Петров остался в холле — видимо, разбираться с последствиями.

Двери лифта закрылись, отрезая их от всего мира.

В кабине было тихо. Только мягкий гул мотора и её собственное сбитое дыхание. Агата стояла, вжавшись спиной в стену, и смотрела в пол. Стыд жег щёки, слёзы подступали к горлу, но она сдерживала их из последних сил.

— Посмотрите на меня, — сказал Волин.

Она подняла глаза. Он стоял напротив, прислонившись плечом к стене, и смотрел на неё спокойно, без обычной своей ледяной отстранённости.

— То, что она сказала — ложь, — произнёс он тихо, но твёрдо. — Я знаю.

Агата судорожно вздохнула.

— Но теперь, — продолжил Волин, — вам придётся держать удар. Сплетни пойдут обязательно. Вы готовы к этому?

Агата смотрела на него и чувствовала, как внутри что-то тает. Лёд, сковавший её от стыда и страха, отпускал. Рядом с ним, в этой тесной кабине, она вдруг поняла: он на её стороне. Не начальник, не холодный миллиардер — а человек, который видит правду.

— Я справлюсь, — выдохнула она. — Спасибо.