Книга Попалась - не отпущу, страница 47 – Анна Вэйли

— Я готов нести эту ответственность.

Разговор был закончен. Выйдя из кабинета, он ощутил, как часть напряжения, копившегося последние дни, наконец отпустила. Это был только первый шаг, но теперь у него было официальное право действовать. И вместе с этим — обязанность доказать, что Саша заслуживает второй шанс.

Он понимал: даже если комиссия признает ее проект достойным, этого мало. Мало лично для него. Саша не простит его сразу, возможно, не простит никогда. Он должен будет показать не словами, а делом, что ее работа имеет ценность.

Вернувшись домой поздно вечером, Даня застал квартиру тихой и темной. Дверь в комнату Саши была плотно закрыта. Он остановился напротив, постоял несколько долгих секунд, прислушиваясь к тишине. В груди тянуло — ему хотелось постучать, хоть что-то сказать, но любые слова казались пустыми и бесполезными оправданиями. В итоге он развернулся и ушел к себе.

Закрылся в своей комнате, сел за стол и включил компьютер. На экране открылся ее проект. Даня медленно перелистывал страницы, всматривался в схемы, эскизы, описания. Каждый раз его поражала тщательность проработки, внимание к мелочам, ясность идей. Он видел, сколько труда и души она вложила в эту работу. И именно это убеждало его еще сильнее: этот проект заслуживает не только гранта, но и признания.

Он ясно понимал: его задача теперь не просто убедить комиссию, но и вернуть Саше веру в собственные силы. Доверие вернуть будет куда труднее, чем любой грант, и путь к этому будет долгим и болезненным. Но у него была решимость довести это до конца. Ради того, чтобы однажды снова увидеть в ее глазах не боль, а надежду.

Дни шли для меня в полном оцепенении. Все вокруг казалось размытым и лишенным смысла. Время тянулось мучительно медленно, словно каждая минута растягивалась на час, а любое воспоминание о сцене возле университета вызывало новую волну боли, смешанной с отчаянием и бессилием. Заснуть удавалось редко, а ночи превращались в череду мучительных пробуждений, когда я резко открывала глаза с глухим ощущением тревоги, которое не отпускало даже на мгновение.

Я старалась выкинуть из головы мысли о Дане, но они возвращались снова и снова. Его молчание, ставшее для меня воплощением жестокости. Его взгляд, в котором я искала хоть тень поддержки, но так и не нашла. Его голос, который звучал в памяти все так же спокойно, когда мне хотелось услышать совсем другое. Я не могла понять, как человек, которому я доверяла, оказался способен причинить такую боль.

Я много раз мысленно репетировала разговор с родителями. Представляла, как буду рассказывать им о поражении, как придется признать, что я не справилась и потеряла свой единственный шанс. В голове я слышала их разочарованные вздохи и пыталась придумать оправдания. Но каждый раз, когда брала в руки телефон, слезы душили сильнее любых слов, и я откладывала звонок, будто надеялась на чудо, которое избавит меня от необходимости произносить признание вслух.

В один из таких вечеров я лежала на кровати, уставившись в потолок, и внутри все было пусто. Я даже не ждала, что что-то изменится. Когда телефон пискнул, я машинально потянулась к нему, уже заранее готовая увидеть очередной отказ от работодателя. Но экран показал другое.