Книга Отрицание чувств. Игра началась, страница 21 – Аннет Самиэль

Я будто вновь собралась с силами и решилась сделать новый рывок в этой борьбе, поэтому сразу, не снимая спецовки, направилась прямиком к Завьялову. Я даже не стала стучать, потому что ситуация и так меня жутко напрягала. Ворвавшись в кабинет, я застала его около рабочего стола. Видимо директор только что снял свою рабочую куртку, потому что все еще не одел обратно пиджак, оставаясь в идеальной белой рубашке. Он услышал, как я вошла, поэтому повернулся в мою сторону, так и не дойдя до своего кресла.

— Марго? Вы что-то хотели мне сказать? — директор внимательно смотрел на меня, излучая уверенность, выдержку и стойкость, что делало его похожим на скалу, о которую я была готова сейчас разбиться.

— Да! Хотела поговорить о заводе. — я подошла к нему ближе, оставляя между нами расстояние вытянутой руки. — И кое-что предложить взамен.

— И что же? — он явно не понял, на что я намекаю.

— Себя!

Я резко сократила оставшееся между нами расстояние и притянула его к своим губам. Он не успел среагировать сразу, поэтому послушно поддался моим действиям, но стоило начать мягко раскрывать поцелуй, как я почувствовала его горячий ответ.

Даниил

* * *

Чем подробнее я изучал документы, тем больше видел несостыковок. То контракты с сомнительными фирмами, то закупка совершенно ненужных деталей за огромные деньги, но в тоже время масса адекватных документов по сбыту продукции с завышенной стоимостью, точно спланированные ремонты, закупка расходных материалов и запчастей по выгодным условиям. Создавалось ощущение, что у бывшего директора раздвоение личности, только я понимал, что скорее всего дело здесь куда запутаннее. В памяти сразу всплывал комментарий Марго, когда она проговорилась, что они начали действовать сами. Вот только понять, как именно они выходили из ситуации, пока не мог. Картинка складывалась довольно однозначной, ведь завод действительно еще был способен функционировать, вот только для надежности ему точно требовалось дополнительное финансирование. Все это радикально меняло планы, что для меня было скорее плюсом, однако я хотел быть точно уверенным в принимаемом решении.

Именно поэтому я решил пойти на само производство и получить ответы на интересующие меня вопросы прямо на месте. Я считал себя тем, кто разбирается в механизмах на поверхностном уровне, думал мне хватит знаний, чтобы увидеть разницу или что-то понять, только полностью разобраться в особенностях производственных линий я не смог, в то время как Марго понимала это в разы лучше. Может она разбиралась в этом не настолько глубоко, но ей хватало знаний, чтобы вклиниваться в разговоры и обращать мое внимание на какие-то нюансы. Каждый ее комментарий бил по самолюбию, по мужской гордости, ведь я упорно отказывался принять тот факт, что она действительно разбирается в деятельности завода и является специалистом в своей области. Видимо ее непокорность задевала сильнее, чем я предполагал, поэтому мне не хотелось позволять ей почувствовать вкус хоть малейшей победы надо мной.

Мне не раз удавалось красиво ставить ее на место, отражая дерзость сухими фактами, только после осмотра оборудования ее очередная реплика о моем так называемом непрофессионализме зацепила, потому что ударила по больному. Я уже признал, что недостаточно компетентен в вопросе, но она решила меня добить тем, что я все еще не принял решение. На самом деле я действительно был готов в недоступных мне вопросах довериться заму, чтобы полностью поменять планы. Только она сыграла на моем самолюбии, пытаясь заставить действовать по ее правилам, чем снова отсрочила окончательное принятие такого важного для завода решения. В итоге, потеряв контроль над эмоциями, я не смог сдержать себя, поэтому намекнул ей про увольнение, и даже, не стесняясь зама, выдал довольно грубый и ненужный комментарий. Однако это я директор, а она давно ходит по краю пропасти, поэтому после своих слов мне ничего не оставалось, кроме как уйти, пытаясь осмыслить сказанное мной и то, как дальше это использовать.