Книга Измена. Я умею быть сильной, страница 61 – Марта Заозерная

После аварии муж сменил машину на точно такую же. Номера прежние. Ощущаю волну негодования, заставляющую нутро сжаться.

— Вцепился в тебя ещё в юности, да так и не отпускает! – цедит брат сквозь зубы. – Я ещё тогда понял, что от него не избавиться. Таскался повсюду за тобой, прекрасно осознавая, что ты, по неопытности, от него отделаться не сможешь. Производил хорошее впечатление…

— Стас, я тебя очень прошу, давай только без рук. Пожалуйста.

— А какого черта он тут делает? – рявкает на меня, за долю секунды переходя на высокие обороты.

— Я не знаю! Я его не звала! – в тон ему отвечаю. – Ты думаешь, мне нравится это всё? Думаешь, я не устала?

Была уверена, что он сейчас где-то раны зализывает. Должность ведь ускользает из рук.

Через минуту мы наблюдаем за тем, как Макс, выпрыгнув из машины, обходит её и помогает выбраться нашей матери.

Серьезно? Тещу с собой притащил? Думает, что она его защитит, или что?

Едва они подходят к центральному входу, как мимо нас проносится Ева и с размаху запрыгивает в раскинутые мужем объятья.

— Папочка, как хорошо, что ты приехал! – верещит, прижимаясь щекой к его груди.

От горечи у меня сводит легкие, вдобавок ко всему, я ловлю полный укоризны взгляд матери, и становится совсем не по себе. Кивая в их сторону, она слегка приподнимает вверх брови, давая понять, что полностью разделяет точку зрения внучки.

В груди словно рукоятку ножа прокручивают. Как верить людям, когда самые близкие и любимые, те, за кого ты, не раздумывая, готов умереть, даже не пытаются тебя понять и поддержать.

— Если кто-нибудь вздумает испортить настроение моему мальчику в день рождения, то очень сильно об этом пожалеет. Любой из вас, – произношу вместо приветствия, не испытывая и тени сожаления.

Обвожу собравшихся сосредоточенным взглядом, и брата в том числе. Он нехотя кивает, вкладывая руки в карманы брюк. Дает понять, что здороваться с Максимом не будет. И на том спасибо.

Маме мои слова приходятся не по душе, она демонстративно прижимает ладонь к груди, делая вид, что ей дурно становится.

Можно подумать, я в восторге от происходящего.

Такая злость берет! Когда эта вакханалия уже закончится?! Разводятся же по-человечески люди! Почему мы так не можем?!

Честно? Я очень устала, просто безумно. У меня ведь тоже сегодня праздник! Это я, а не они, пятнадцать лет назад мучилась почти сутки в схватках!

— Виктория, вам с Максимом нужно поговорить, – начинает разводить нравоучения мама.

— Мне нужно хорошо провести этот день. Максима сюда никто не звал. Он не маленький, может и без меня поздравить ребенка с днем рождения, конечно, если Женя его слушать станет.

С мамой предстоящий праздник я обсуждала всего один раз, но поняв, что родительница меня не слышит, забросила никчемную идею донести до нее свою точку зрения.

У каждой из нас своя правда. В её голове засела мысль о том, что одной растить детей трудно. Пытается навязать мне свое мнение: не рубить сплеча и дать мужу шанс на исправление…

Он что, подросток, которого собираются отправить в колонию для несовершеннолетних?! Ну какой второй шанс?!

Мама ловит мой взгляд, и я мысленно напоминаю себе:

«Нервные клетки, Вика, не восстанавливаются, во всяком случае, с твоим количеством стрессовых ситуаций они точно в глубоком… минусе! Бери себя в руки»