Книга По расчету. Цена мира – наследник, страница 29 – Лиза Бетт

Эффект мгновенный, как взрыв.

Она издает подавленный, хриплый крик и отталкивает меня в грудь обеими руками. Сила, с которой она это делает, неожиданная, почти звериная. Она отвешивает мне звонкую пощечину, которая разрывает тишину салона и наши с ней нервы. Я откидываюсь назад на свое сиденье.

И вижу ее. Мгновенно изменившуюся.

Пустота в ее глазах выжжена дотла. Теперь они пылают чистейшим, неразбавленным синим пламенем. Ее щеки пылают алым румянцем ярости, губы, только что бывшие под моими, теперь искривлены в гримасе отвращения и бешенства.

— Ты что, совсем спятил?! – ее голос рвет тишину, низкий, хриплый, налитый такой ненавистью, что воздух в салоне кажется заряженным статикой. – Ты не имеешь права! Никакого права так ко мне прикасаться! Ты думаешь, наш контракт дает тебе карт-бланш на любое похабство? Ты отвратительный, наглый, бесчувственный мерзавец!

Она дышит так часто, что грудь вздымается, ударяясь о пристегнутый ремень безопасности. Она живая. Вся – один сплошной, прекрасный, ядовитый нерв.

Я не оправдываюсь. Я просто смотрю на нее, позволяя волне ее ярости накатиться на меня и разбиться о каменную стену моего спокойствия. Потом мой взгляд медленно, намеренно сползает с ее разгневанного лица вниз. К ее левой руке, которая впилась в кожу сиденья. К тому самому пальцу, где бриллиант моего кольца холодно и неумолимо сверкает в полумраке салона.

— Не имею? – произношу я всего одно слово. Тихим, плоским тоном. – Правда?

Я снова поднимаю глаза на ее лицо. Мой вопрос красноречивее любых слов. Кольцо. Твоя подпись. Наш договор. Ты моя. По всем статьям.

Она следует за моим взглядом, смотрит на кольцо, и по ее лицу проходит тень полного, беспомощного осознания. Ловушка захлопнулась. Ее собственными руками. В ее гладах ярость борется с отчаянием и проигрывает, сменяясь ледяным, бездонным пониманием. У нее нет слов. Нет контраргументов. Есть только этот жгучий стыд и бессильный гнев.

Она выдерживает мой взгляд еще три секунды. Потом ее пальцы находят кнопку ремня безопасности, щелчок звучит как выстрел. Она дергает ручку двери, выскакивает на тротуар и захлопывает дверь с такой силой, что стекла едва не разбиваются.

Я остаюсь сидеть за рулем. Двигатель тихо урчит. В салоне запах ее волос – что-то горьковато-цветочное – и электричество ее ярости. Я чувствую на своих губах ее вкус, приправленный привкусом ее помады.

И внутри меня – не досада. Не раздражение.

А мощный, темный прилив возбуждения. И глубокое, ледяное удовлетворение.

Я добился своего. Я вытащил ее из оцепенения. Вернул ей огонь. Она снова там – ненавидящая, живая, опасная.

Я смотрю в боковое зеркало. Она быстро идет к парадной двери офиса, не оглядываясь. Ее фигура прямая, жесткая, каждый шаг отбивает такт ее бешенства. Идеально.

Я перевожу взгляд на дорогу, плавно снимаюсь с места и растворяюсь в потоке машин.

Пусть ненавидит. Ненависть – это энергия. Это топливо. Топливо, которое будет гнать ее вперед. Которое будет двигать и меня.

Я трогаю языком свою нижнюю губу, все еще чувствуя призрачное тепло ее кожи. Рискованный ход. Но чертовски эффективный.

Добро пожаловать обратно, Кассандра. Мысленно произношу, и на моих губах, в полном одиночестве, появляется что-то вроде улыбки. С твоим огнем все становится куда интереснее.