Книга Загадаю тебя, страница 27 – Мария Летова, Анна Белинская

— Я ни о чем не жалею.

Мои слова - почти откровение. Мало кто знает, как много они для меня значат.

На самом деле, мне не о чем жалеть, я практически счастливый человек. Практически…

Таня хмурится. За стеклами очков ее ресницы подкрашены тонким слоем туши.

Я чувствую голод, глядя на чуть склоненную кудрявую голову.

— Какое обезболивающее тебе нужно? — интересуется она.

Я называю свой препарат, которого и так полно в моей аптечке.

Таня стучит пальцами по клавиатуре, переключая внимание на монитор.

— У нас его в наличии нет. Я могу оставить заявку, привезут через… три дня…

— Идеально, — отзываюсь.

— Что-нибудь ещё?

— Да, — киваю на витрину. — Презервативы.

Вперив взгляд в монитор, она спрашивает:

— Какие?

— Какие посоветуешь? — интересуюсь непринужденно.

Вздернув нос, Таня заявляет:

— Здесь все сугубо на любителя.

— Какие предпочтения у тебя?

Выражение лица у нее такое, словно хочет послать меня в задницу, но в итоге гудит:

— Мои предпочтения?

— Да. У тебя ведь есть предпочтения?

Она открывает и закрывает рот. Я наблюдаю за ее лицом, пока переваривает мою провокацию. И я готов поклясться, что щеки у нее стали чуть ярче. Мне нравится этот эффект. Чёртовски.

Поджав губы, Таня открывает ящик и роется в нем.

— Есть, — бросает резко. — Но они тебя не касаются. Эти пойдут? — просовывает в окошко упаковку презервативов.

Это упаковка классических. Кручу её в руке, слыша, как за спиной звенит колокольчик. Обернувшись, я вижу, что в аптеку заходит Аглая Баум.

На ее лице удивление. Даже дураку понятно, что я здесь не случайно. К счастью, краснеть я давным давно разучился, поэтому дружелюбно улыбаюсь:

— Привет, Агуша.

Покосившись на меня, Глаша останавливается рядом и бормочет:

— Доброе утро.

— У тебя всё? — обращается ко мне Таня.

Переведя на нее взгляд, интересуюсь:

— А есть другой вкус?

Она секунду разделывает меня на части ответным взглядом, после чего снова вперяет его в монитор и проговаривает:

— Какой тебе нужен?

— Что-нибудь ягодное или фруктовое, — рассуждаю. — И, если можно, ребристые…

Щелкает мышка.

— Ребристые с клубничным вкусом.

— Подойдет.

— Какой тебе размер?

— Икс эль, — отзываюсь я.

Таня громко фыркает и скрывается за витриной. Хлопают створки ящиков, после чего она возвращается к окошку и проталкивает в него оговоренную пачку.

— Надеюсь, не слетят, — бросает она мне. — Что-нибудь ещё?

С ухмылкой я говорю:

— Да. Есть такие же, но в большой упаковке?

Стоит нажать на кнопку видеодомофона, входная дверь открывается в ту же секунду. Ника в курсе - это я. Полчаса назад мы разговаривали по телефону, я предупредил, что заеду.

Зайдя в подъезд элитной жилой многоэтажки, стряхиваю с куртки налипшие снежинки и вызываю лифт.

Свой обеденный перерыв я собираюсь посвятить не самому приятному мероприятию, однако, на повестке дня этот вопрос в приоритете. Гораздо важнее, чем просто пожрать.

Лифт доставляет меня на десятый этаж. Перед дверью стоять не приходится, Ника распахивает ее сразу, как только оказываюсь у квартиры.

Моя пока ещё девушка расплывается в лучезарной улыбке, и я не успеваю моргнуть, как она бросается мне на шею. Повиснув на ней, дуется:

— Ты мне из своих Химок даже ни разу не позвонил, зай…

Её босые ноги болтаются в воздухе, мне приходится подхватить ее, чтобы нам обоим не свалиться. Даже вместе с шубой Ника весит не больше пятидесяти килограмм, но от неожиданности меня слегка покачнуло.