Книга Идеальный развод, страница 6 – Марта Заозерная

— С чего бы начать, — тяну томно. — Мама нас кормила, как на убой. С самого с ранья пришлось есть пельмени, ты представляешь?

Катя отрицательно качает головой, судя по ее недовольному виду, утреннее употребление пельменей ее мало волнует. Ее бесит, что я о них речь завела, а не о том, как труселя мои взмокли.

— Это вступление, — цокаю. — Вот ты нетерпеливая. Короче, мы поели, а потом решили размяться. Мы с Юрой пробежались, а Аленка на самокате каталась…

— Для реаниматолога ты слишком болтлива! Накосячила, да? — горя от нетерпения, Катя меня перебивает.

Мысленно ежусь.

Ну, собственно, да.

— Что ты хочешь узнать? Мелкая улеглась на площади. Я ее поднять пыталась. Как нетрудно догадаться, поза пикантной была. Стояла в раскорячку, над дочкой возвышаясь. Какой-то озабоченный мужик, увидев мою задницу в обтягивающих лосинах, решил подкатить. Не спорь со мной! — предостерегающий взмах рукой делаю, видя, как Катя рот открывает. — Нормального бы остановило наличие поблизости двоих детей.

Она сейчас скажет, что на лбу у меня не написано: «Я мать этих двух прекрасных отпрысков». Но давайте правде в глаза заглянем. Обстановка к знакомству не располагала. Москва. Семь утра. Семья на прогулке. Мать так и вовсе под завязку пельмешами набитая. Орущая, валяющаяся на асфальте девчонка, требующая купить ей фастфуд «из фургончика красненького» (после, мать их, пельменей!). Парнишка, выше матери ростом. Ну, какой нормальный мужик свои яйца подкатит? Извращенец и только. Гусар доморощенный.

— Со слов Алены все было не так. К вам подошел высокий, красивый взрослый дяденька и предложил отведать вместе мороженки.

— Я очень переживаю, Кать. Мы много раз обсуждали с ней, что нельзя уходить куда-либо с незнакомыми. Что бы они ни предлагали — отказываться. Но если бы меня рядом не было — она бы пошла с ним, с мужиком этим. Какой-то кошмар, — говорю о том, что меня реально волнует. Только это и волнует.

«Лукавишь», — иронично хмыкает внутренний голос.

Заткнись, червь искуситель.

Но доля правды в его словах есть. Увидев мужчину впервые, я безошибочно поняла — передо мной экспонат уникальный. Оставим всю эту чушь про чарующую красоту больших карих глаз и широких плеч. Нет, все это было при нем, но помните: я в тот момент, склонившись над дочкой, стояла. Поэтому первое, что моему взору открылось, была внушительная эрекция, которую плотная ткань брюк скрыть была не под силу. Если на него такой эффект моя задница произвела, то, значит, я в форме еще неплохой. Есть, конечно, вариант, что его половой член такой размер имеет в спящем режиме… Что сказать, тогда я не завидую девам, в которых он эту штуку засовывает.

«Или завидуешь», — голоса в голове это нормально?

— Ляна Андреевна! Не смей менять тему! Эти страшилки бабкам на лавке будешь рассказывать, когда давление им измеряешь. А я хочу правду! Скоро подросшие сперматозоиды вернутся с прогулки! Бегом мне все выдала, пока я из себя не вышла.

Вот так я и знала. Прессинг и угрозы. Современный мир очень жесток.

Приходится рассказать Кате, что мужчина был так хорош, что я на него таращилась секунд десять, не соображая, что выгляжу неприлично. Высокий рост, крепкое телосложение — померкло все, когда он со мной поздоровался, и его голос прозвучал мягко, словно бы ему было важно произвести приятное впечатление. Путешествуя взглядом по его телу, мои глаза разбегались, отмечая то сильную челюсть, то идеальную короткую стрижку, маскирующую небольшую седину на висках, то гравировку, украшающую серебристую поверхность запонок.