Книга Повелительница его сердца, страница 25 – Мэри Джо Патни

Оставшись наедине с дедом, Рамзи опустился в кресло.

— У тебя здесь настоящий салон, куда заходят уважаемые гости, чтобы поздороваться с тобой и, быть может, выпить по стаканчику виски. — Он посмотрел на бутылку, стоявшую на прикроватном столике. Раньше она была почти полной, а теперь наполовину опустела. — Это «Келлан»? Лучшее, что есть в доме?

— Разумеется. Я слишком стар, чтобы пить всякую дрянь. — Дункан подавил зевок. — Дженни Донован приготовила праздничный ужин под девизом «Добро пожаловать домой!». Обязательно сходи на него. Люди хотят посмотреть, в кого ты превратился.

— А ты не хочешь присоединиться к нам? Я могу отвезти тебя к столу в кресле-каталке хотя бы ненадолго, — предложил Рамзи.

— Я слишком устал, чтобы слушать всяких болтунов, — едко заметил лэрд. — Но ты после ужина возвращайся ко мне и расскажи, как все прошло.

Рамзи встал и, легонько коснувшись покрытой старческими пятнами руки деда, почувствовал хрупкие косточки под тонкой кожей. Слава богу, его путешествие домой длилось недолго, и он застал старика живым, хотя запросто мог опоздать. Он протянул руку к Одину и тут же получил шлепок лапой за наглость.

— Должно быть, от меня пахнет не так, как надо: прости, приятель, рыбу не чистил, — рассмеялся Рамзи.

— Мой кот с твердыми убеждениями, — пояснил лэрд, закрыв глаза. — Но не беспокойся: в конце концов он пообвыкнет и примет тебя.

Терзаемый тяжелыми мыслями, Рамзи вышел из библиотеки и направился в свою комнату. Здесь мало что изменилось за время его отсутствия. Ее тщательно убрали к его приезду, на письменном столе стояла ваза с полевыми цветами, очень похожими на те, что он видел на кухне Сигни, и это, вероятно, не было простым совпадением.

Его багаж стоял рядом с гардеробом. Рамзи медленно повернулся, осматривая знакомую обстановку. Небольшой книжный шкаф был завален книгами, как и раньше. Правда, пыль тщательно вытерли. Как ни странно, интересные камни и ракушки, которые он раскладывал на подоконниках, лежали на прежнем месте, и пыль с них тоже смахнули. Ковер, покрывало на кровати, мягкое кресло у камина — все эти вещи Рамзи помнил с детства. Все в этой комнате было ему знакомо и навевало воспоминания.

Внезапно его взгляд привлекла акварель, висевшая над письменным столом. Раньше ее здесь не было. Это, конечно же, одна из работ Сигни. На ней художница изобразила закат. Маленькая темная фигурка человека, стоявшего на берегу и любовавшегося морским пейзажем, отбрасывала длинную тень в лучах садившегося в море солнца. Рамзи подошел ближе, чтобы лучше рассмотреть акварельный рисунок. Слегка тронутые лучами закатного солнца морские волны были изображены в голубых тонах, а берег, на котором стоял человек, в мягких коричневатых.

Что именно передавала эта работа — состояние покоя или одиночества? Он на минуту задумался. Возможно, художница пыталась передать и то и другое. Все работы Сигни задевали струны его души, и эта акварель не стала исключением.

Он начал распаковывать вещи, и почему-то они сами собой раскладывались так, как это было когда-то в детстве. Внезапно ему в голову пришла мысль, что когда-нибудь ему придется переехать в просторные апартаменты лэрда, но он тут же отогнал ее: не хотелось круто менять свою судьбу.

Прозвонил колокольчик, сзывая всех домочадцев к ужину. Это был хорошо знакомый с детства звук.