Книга Повелительница его сердца, страница 5 – Мэри Джо Патни

Он хорошо знал младшую сестру своей возлюбленной в детстве. Это была очаровательная маленькая девочка, у которой энергия била через край, любопытная и обладавшая острым язычком. Он догадался, что она пребывает в мрачном расположении духа из-за состояния старого лэрда. После смерти Гизелы старик взял Сигни к себе в Скеллиг-хаус и был ей как отец. В письмах к внуку дед часто упоминал о ней. Судя по всему, Сигни ужасала мысль, что она потеряет старика, как когда-то потеряла всех своих родных.

— Рад тебя видеть, Сигни Матисон, — сказал Рамзи по-английски. — Лэрд еще жив?

Сигни прищурилась:

— Да, еще жив, хотя еле дышит. Тебе повезло: вовремя приехал. Старик надеялся, что его ненадежный внук успеет вернуться, чтобы в последний раз отчитать.

Сигни отвечала по-норнски и, судя по настороженному блеску в глазах, хотела проверить, не забыл ли он еще язык. Рамзи много лет не говорил на нем, и ему потребовалось некоторое время, чтобы понять смысл ее слов, но у него всегда были способности к языкам.

Рамзи немного приободрился и сказал на норнском:

— Рад слышать, что дедушка все еще с нами. Могу я его увидеть?

— Думаю, он уже проснулся. Но учти, твой дед очень слаб: долго не протянет.

— Тогда не будем терять время.

Рамзи повернулся к лестнице, ведущей в комнаты деда, но Сигни жестом остановила его и сообщила:

— Мы постелили лэрду в библиотеке.

Другими словами, его дед уже не мог подниматься по лестнице, к тому же ухаживать за ним было проще на первом этаже дома.

— Библиотека всегда была его любимой комнатой, — сказал Рамзи.

— Куда мне отнести твои вещи? — спросила Сигни ровным тоном.

Рамзи понял, что она спрашивает, не хочет ли он занять комнаты лэрда наверху. Нет, только не при жизни деда… а возможно, вообще никогда.

— Если моя старая комната свободна, я бы с удовольствием поселился там, ну а если нет, то подойдет любая.

— В таком случае ты можешь занять свою старую комнату. Она пустовала с тех пор, как ты уехал.

Рамзи с мрачным выражением лица коротко кивнул и вошел в дом.

Библиотека была просторной и располагалась в торце дома, поэтому окна выходили на две стороны. До потолка высились книжные шкафы. Объем и качество собрания книг в библиотеке всегда вызывали восхищение у посетителей и были предметом гордости лэрдов Торси.

Рамзи сразу заметил, что длинный дубовый письменный стол исчез из помещения, а вместо него поставили кровать и новый прикроватный столик, где лежали лекарства и книги, а также рядом с лампой восседал огромный одноглазый серый кот с рваными ушами. Кот сразу приподнял голову и уставился на Рамзи, которого передернуло от запаха лекарств, пота и затхлости в комнате больного. В свои лучшие годы Дункан Рамзи был высоким мужчиной мощного телосложения, и теперь вид его костлявой, болезненно тощей фигуры, вырисовывавшейся под одеялом на массивной кровати, шокировал внука.

На какой-то ужасный миг Рамзи испугался, что старый лэрд уже умер, но тут его дед повернул голову, открыл бледно-голубые глаза и произнес сдавленным шепотом:

— Значит, ты все же вернулся домой, Кай. Так осунулся, что стал похож на больного дельфина.

— Это из-за долгого путешествия. Я прибыл сюда из Константинополя, а во время плавания из Данди один шквал следовал за другим, — сказал, улыбнувшись, Рамзи, пододвинул стул к кровати и сел так, чтобы видеть лицо деда. — Я рад, что ты все еще с нами. Было бы жаль проделать столь долгий путь и не услышать в знак благодарности ни одного оскорбления.