Книга Возлюбленная короля, страница 92 – Фрида Ли

Никто из приближенных и слуг даже не подозревал, что творится за этими плотно закрытыми дверями. Они видели лишь угасающего короля, а мы видели человека, которого отчаянно пытались спасти.

Но если бы хоть кто-то увидел то, что делали мы, то нас бы сразу же нарекли ведьмами, а я… я сама не знала кем я была.

Возможно, просто женщиной, которая хотела лишь одного — исправить то, что уже свершилось…

Слухи, которые приносила Джейн, были хуже яда. Верные Эдуарду люди уже выбирали преемника, плели интриги, делили власть. Лед равнодушия сковал их сердца. Забыли о короле, который еще дышал, о человеке, которому присягали на верность. Лишь утренняя процессия осталась, как дань протоколу, как формальность перед неминуемым концом.

Мы помолились. Мы надеемся. Мы ждем.

Мы помолились. Мы больше не надеемся. Мы только ждем.

Дни тянулись в тишине. Лишь изредка слуги приносили свежую воду, которой я смачивала его пересохшие губы. Тишина в замке была зловещей, гнетущей. Все ждали, когда сердце короля умолкнет навсегда. Страх поселился в душах обитателей замка. Страх перед будущим, перед тем, что произойдет, когда Эдуард покинет этот мир.

Все боялись, кроме лорда Невилла. Он был единственным, кто нарушал тишину. В кабинете Эдуарда он яростно спорил с другими лордами, так громко, что от ударов его кулака по столу я вздрагивала. Его голос, наполненный властью и амбициями, проникал сквозь стены, напоминая о том, что жизнь продолжается, даже когда смерть стоит у порога. А я, запертая в этой комнате, продолжала ждать. Ждать чуда, которого, как я понимала, уже не произойдет. Ждать конца…

— Кого они выбрали? — еле слышно спросила я Джейн, хотя в комнате мы с ней были одни.

— Они не могут прийти к общему мнению.

Шакалы! Готовые разорвать его еще живое тело…

Прошел целый лунный цикл, и я не знала предела своей радости, когда приложила руку ко лбу Эдуарда и почувствовала, что жар спал. Его тело больше не трясло от озноба, и он лежал в постели с плотно закрытыми глазами, тихо постанывая. Больше не слышно было ни хрипов, ни стонов. Казалось, что Эдуард просто мирно спит, а я бережно охраняла его сон...

— Ты предала меня! — услышала я гневное рычание за своей спиной, когда в очередной раз тоненькой струйкой вливала травяной отвар в рот Эдуарда.

В комнату влетел Ричард. Его волосы были взъерошены, на лице горел румянец. Он был разгневан. Разгневан на меня.

Он быстро сократил расстояние между нами и его рука уверенно взяла меня за горло. А я даже вскрикнуть не успела.

— Ты предала меня, Агата! — прошипел он в мои приоткрытые губы.

— Нет, я лишь не могла поступить иначе, — прохрипела я в ответ.

— Ты будешь самой глупой женщиной, если спасешь его!

— Ты желаешь смерти ему? — не смогла скрыть своего удивления я и пальцы его руки сжались еще крепче. Я ощутила нехватку воздуха.

— А ты разве нет?

— Желала, — прошептала я. — И я сожалею об этом.

— Понравилось быть королевой? — с особой издевкой в голосе спросил он меня и выпустил мою шею из своих рук. — Понравилось знать, что тебя возжелал сам король?

Он сделал это не потому, что заметил, как посинели мои губы. Ему было интересно наблюдать, как я жадно ловлю воздух ртом после его совсем не ласкового прикосновения. Ему приносило особое удовольствие осознавать, что моё тело всегда было подвластно только ему.