Книга Отвергнутая невеста. Целительница на краю империи, страница 158 – Виктория Богачева

— Подумай, Лианна! Драконьему роду не нужны ни деньги, ни какие-то глупые артефакты. Ты же сама, наконец, стала драконом. Самым сильным и могущественным созданием на свете.

Глупые артефакты.

Я скривила губы.

— И что вы хотите сказать? — спросила недружелюбно и зло, отгораживаясь от него скрещёнными на груди руками.

— Что кто-то руками сопляка пытался пробудить в тебе дракона, — спокойно сказал Кхалендир. — Дракон просыпается через боль. Это непреложный закон.

— Или через любовь… — упрямо произнесла я.

— Глупости, — вновь жёстко отрезал мужчина. — Которые рассказывают дурёхам, чтобы те раздвигали ноги, — добавил Кхалендир и многозначительно на меня посмотрел.

Клянусь, в тот момент я ненавидела его почти физически. Чувство было столь сильным, что заставило меня вытянуть руки со кулаками вдоль тела и впиться короткими ногтями в ладони, чтобы боль прояснила разум и удержала меня от слов, о которых я пожелаю.

Смерив меня очередным надменным взглядом, дракон продолжил говорить.

— Взрыв броши должен был подтвердить или опровергнуть их подозрения. Но ты не пробудилась. И они могли решить, что ошиблись. А затем что-то заподозрили и подстроили взрыв портала. Но ты снова не пробудилась, и тебя сочли ненужной и оставили в покое.

Почему всё, что говорил Кхалендир, было так неприятно?.. Словно я вещь, бессловесный объект… без чувств, без мыслей.

— И кто же знал о том, что… — я не смогла заставить себя выговорить «вы мой отец». Просто язык не повернулся, — … случилось между вами и моей мамой двадцать три года назад?

Он желчно хмыкнул, прекрасно уловив полутона в моём вопросе.

— Это следовало бы спросить у неё.

— Вы её бросили, да? — вырвалось у меня, когда сдерживаться уже не было сил.

— Это не твоё дело, девочка, — жёстко отрезал Кхалендир.

— Ещё как моё! Речь идёт о том, как я появилась на свет. Почему звала отцом другого мужчину? Кто убил моих родителей? Для чего мама запечатала мою драконью половину?! И зачем, в конце концов, вы явились сейчас и рассказывайте, что я часть какого-то плана?

Кхалендир притворился, что не услышал ни один вопрос, кроме последнего.

— Потому что ты и есть часть плана! — он резко поднялся с кресла и в два шага преодолел разделявшее нас расстояние.

Высокий, крепкий, мощный, он навис надо мной как скала. Глаза его горели огнем, и я чувствовала силу его дракона. Силу, которая пугала меня. Силу, которая подавляла.

— Потому что в твоих жилах течёт кровь тех, кто когда-то создал Разлом. Моя кровь и кровь твоего прадеда. И ты в силах положить Разлому конец. Уничтожить его. Раз и навсегда.

Я молча уставилась на Кхалендира, забыв, как дышать. Слова, которые он произнёс, не укладывались в голове.

Значит, во мне текла кровь создателей Разлома.

Я шагнула назад, и дракон тут же подался вперёд, не позволяя отойти. А мне нужно было пространство, мне нужно было подумать, всё осмыслить. Кхалендир нависал надо мной, и рядом с ним было трудно даже дышать.

— Ты не понимаешь, что несёшь в себе, — произнёс он. — Разлом — это не просто трещина в земле, не просто магическая рана. Это наша ошибка. Наша вина. Наше наследие. И ты — единственная, кто способен его закрыть.

Он говорил, и каждое слово давило, словно он ронял на меня камни. Хотелось уйти, отвернуться, спрятаться. Но я не могла. Кхалендир заполнил собой всю комнату.