Книга Отвергнутая невеста. Целительница на краю империи, страница 161 – Виктория Богачева

А следом за мной рванул огромный дракон, и его оглушительный рёв сотряс землю. Мысленно зажмурившись, я стрелой бросилась прочь. Но Кхалендир был слишком близко, я чувствовала его дыхание чешуёй, ощущала, что вот-вот он меня схватит.

И тогда, в этом хаосе боли, страха и ярости, я перестала держать всё внутри.

И позвала мысленным криком.

— ЭЙНАР!!!

Крик Лианны застал его посреди бурного разговора с Арденом.

Эйнар даже не сразу понял, что именно произошло: в первый миг мир просто перекосило, словно по позвоночнику ударила молния, пройдя от основания черепа до самого хвоста драконьей сущности, спрятанной под человеческой кожей. Его пробрало до костей, до нутра.

Это не просто зов. Это был крик отчаяния и ярости, который звучит, когда уже не осталось надежды справиться в одиночку.

Эйнар резко втянул воздух. Он больше не слышал, что говорил Арден. Слова того утратили смысл, исчезли на фоне оглушительного гула в ушах. Перед внутренним взором вспыхнули обрывки чужих ощущений: резкое давление, страх, перемешанный с упрямством, яростный жар, который Лианна пыталась удержать, чтобы не сломаться.

— Эйнар! — Арден положил руку ему на плечо и сжал. — Ты меня слышишь?

Тот медленно мотнул головой и провёл ладонью по лицу, беря себя в руки. Он прилетел совсем недавно и застал в этой крепости разруху даже худшую, чем в Последнем пределе. Перевёртыши не прорвались, им просто было незачем и некуда бежать, но уничтожили почти всё, до чего смогли дотянуться. Они как раз поднялись на самый верх башни, чтобы взглянуть на руины, когда Эйнар услышал крик.

— С Лианной что-то случилось. На неё напали, — коротко, сквозь зубы бросил он и попытался сосредоточиться, позвать её в ответ.

Но ничего не вышло. Она молчала, молчала её драконница, и внутренности Эйнара скрутила и сжала ледяная рука ужаса.

— Что? — Арден удивлённо моргнул. — Где она? Кто напал?!

Они ещё ни о чём не успели поговорить, не обсудили ничего из того, что хотел Эйнар. Его дракон выдохся после бессонной ночи, и уже когда летел сюда, он чувствовал лишь тупую усталость, граничащую с изнурением.

— Она в моём доме, — пояснил, растирая виски. — Я отправил её туда, когда узнал, кто заявится в крепость.

— На неё не могли напасть в твоём доме, — нахмурился Арден. — Он защищён, я сам помогал устанавливать купол.

— Значит, напали снаружи! — огрызнулся Эйнар.

— А она бы покинула барьер? Или пригласила бы кого-то?

Вопросы Ардена раздражали и вызывали глухую злость. Эйнар и сам себя не узнавал, потому как от привычной рассудительности не осталось следа. То, что Лианне грозила опасность, он ощущал каждой жилой. В груди разрасталась глухая боль, будто кто-то сжимал сердце когтями, медленно, методично, не позволяя сделать полноценный вдох.

Его дракон ворчал, яростно требуя одного-единственного — добраться, вмешаться, разорвать любого, кто посмел приблизиться.

Мысль, что он не слышит Лианну, не чувствует её отклика, вызывала почти животное желание выть.

Эйнар резко выпрямился. Глаза его потемнели, зрачки сузились.

— Она не могла, — решительно сказал, но в голову ледяной змейкой прорвалась мысль: могла.

После того как он без спроса вложил ей в руку портал, после того как приказал вернуться, надавив своей волей и властью, Лианна разозлилась. И затаила обиду.