Книга Отвергнутая невеста. Целительница на краю империи, страница 47 – Виктория Богачева

— Ты слишком слаба для этого разговора, — беспрекословно отрезал дракон.

— Нет, — собрав в кулак все силы и волю, я осмелилась возразить. — Расскажи… расскажите мне сейчас. Прошу. Я же ничего не знаю! Я не хотела слышать зов Разлома! И на стену не хотела идти, Рион заманил меня, а я повелась, как дура…

— Рион сильно пожалеет о сделанном, — прервал меня дракон.

Он больше не казался злым, и так странно смотрел на меня… Почувствовав в его взгляде жалость, я огорчилась. Я не хотела, чтобы он меня жалел, чтобы кто-то меня жалел!

И слабой быть не хотела…

Но всё равно валялась в кровати без сил и задыхалась от страха и паники и не могла успокоиться без помощи…

Эйнар замер на месте, не сводя с меня взгляда. В нём боролись разные чувства, как будто он решал, стоит ли открывать мне то, что, возможно, лучше бы скрыть. Несколько мучительных мгновений он молчал, потом резко обернулся и распахнул дверь.

Я не успела разочарованно выдохнуть, когда он отдал короткий приказ кому-то стоящему в коридоре, а затем вернулся в спальню. Я попыталась угадать по его лицу, что происходит, но с тем же успехом могла бесконечно вглядываться в камень.

Долго ждать не пришлось. В дверь тихо постучали, и стражник протянул через порог предмет, завёрнутый в плотную ткань. Эйнар принял его и отпустил мужчину коротким кивком.

Развернув свёрток, он положил на стол у кровати тёмный камень, на поверхности которого поблёскивали мелкие кристаллы. Сердце у меня ухнуло вниз. Я узнала его сразу — тот самый, на который я капала кровь в первый день в крепости.

Я не могла оторвать взгляда от камня, и губы сами шевельнулись:

— Зачем… он здесь?

Эйнар молча вытащил кинжал из голенища сапога и подошёл к кровати, и я доверчиво протянула руку, прежде чем успела подумать. Он оставил на указательном пальце крошечный прокол, и у меня даже нашлись силы удивиться, как дракон умудрился сделать его таким маленьким и аккуратным.

Как и в прошлый раз, капля тут же впиталась в камень, и в глубине на миг вспыхнули алые прожилки. С беспристрастным лицом и в молчании, которое было по нервам, Эйнар задрал левый рукав и полоснул себя выше предплечья. А я увидела, что у него не просто были перебинтованы ладони, повязки доходили до локтя.

Его кровь камень втянул точно также, а по неровной поверхности расползлись алые прожилки с золотыми вкраплениями.

— Это драконий камень, Лиана, — сказал Эйнар. — Как звали твоих родителей?

— Аврелия и Луциан Морвейн, — механически ответила я, вглядываясь в прожилки камня и не в силах отвернуться. — А на что это влияет?..

— Мне позвать госпожу Хельду и показать, что бывает, когда на камень попадает кровь человека? — бесстрастно спросил Эйнар.

— Нет, — я мотнула головой, имея в виду вовсе не ответ на его вопрос. — Нет, это невозможно…

Хорошо, что я сидела на кровати, ведь потолок неожиданно начал вращаться. Я пристально смотрела на дракона, потому что больше было не на кого, и цеплялась за него, как человек в бушующем море цепляется за верёвку.

— Это невозможно, — повторила я с нажимом, не отводя взгляда, словно хотела убедить Эйнара.

Сама мысль об этом казалась абсурдной!

— Я-я не могу быть… быть… — и тут я замолчала, захлебнувшись эмоциями. — Никто из моих родителей не был драконом!