Книга Отвергнутая невеста. Целительница на краю империи, страница 48 – Виктория Богачева

— Я знаю, — спокойно согласился Эйнар. — Не существует драконьего рода Морвейн.

Отчаявшись, я вновь перевела взгляд на камень, прожилки которого по-прежнему светились, и испытала жесточайшее желание разбить его, скинуть со стены, сжечь! Я могла бы сказать, что он врёт, но…

Но я работала с артефактами, я знала, как они устроены. И едва ли драконьи сильно отличались от магических…

— Позовите госпожу Хельду. Пожалуйста, — попросила я жалобно и так громко клацнула зубами, что пришлось крепость сжать челюсть и замолчать.

Эйнар скривил губы и подошёл к двери, бросил короткий приказ и вновь закрыл её. На этот раз ждать пришлось дольше. Мы не говорили, у меня не было сил. Я сидела и смотрела в стену, пока дракон отошёл к окошку-бойнице и, скрестив за спиной руки, разглядывал кусок неба.

Наконец, в спальню пришла встревоженная женщина.

— Мне понадобится капля твоей крови, — сказал ей Эйнар.

— Что-то случилось? — она заметно напряглась.

— Нет, — не стал ничего объяснять дракон.

Хельда молча протянула ему ладонь, он сделал быстрый разрез на большом пальце, подставил камень… И кровь не впиталась в его поверхность. Капля скатилась, даже соскользнула, не задержавшись ни на миг, и упала на пол, а прожилки слабо вспыхнули бледно-жёлтым сиянием.

На лице женщины отразилось неподдельное облегчение.

— Благодарю, — Эйнар обошёл её со спины и открыл дверь. — Теперь можешь оставить нас.

Когда она ушла, в спальне вновь стало тихо. Я смотрела на камень и жалела, что не могу испепелить его взглядом.

— Получается, мои родители — на самом деле не мои?.. Мне лгали всю жизнь? — глухо вытолкнула я.

— Это портрет твоей матушки? — подбородком мужчина указал на гравюру в серебряной рамке.

— Да, — отозвалась я, не в силах проследовать за его взглядом и посмотреть на изображение женщины. — Я совсем на неё не похожа… я всю жизнь знала это, всю жизнь мне об этом говорили… так вот почему…

— Необязательно, — Эйнар протянул руку, словно хотел взять портрет, но затем резко отдёрнул и вновь завёл ладони за спину. — Дети всегда похожи на отца, если он дракон. За очень редким исключением. Как правило, от матери они не наследует ничего. Ни цвет волос, ни глаз.

— Почему?..

Эйнар усмехнулся.

— В какой-то степени мы — звери, Лиана. Детёныш должен быть похож на отца, чтобы тот его не сожрал, — ответил он без улыбки, и у меня мороз пробежал по коже, россыпь мурашек забралась на затылок и рассыпалась по спине.

Я никогда не видела Императора вблизи. Я знала, что у него белые волосы, и такие же унаследовал его сын, пусть даже и бастард. А глаза? Они тоже золотые? И вспыхивает, как раскалённые угли? И обволакивают искорками тепла?..

— Но так ещё хуже… — выдохнула я. — Если матушка — моя родная мама, а отец — не мой настоящий отец, выходит, я…

И тогда я оборвала мысль, недоговорив. Стало неловко произносить это слово, глядя Эйнару в глаза.

Знал ли отец? А мама? Сказала ли она ему? Или он до самой смерти считал меня родной по крови? А тётя Фелиция? Дядя Джеймс?..

И, наконец, кто мой настоящий отец?..

Я крепко стиснула ладонями виски, словно это могло унять боль. Но легче не стало, потому что болела не только голова. Ныло, сжимаясь, сердце. С жалобным звоном рассыпался старый мир, за который я отчаянно цеплялась, вгрызаясь зубами и ногтями. Страшно потерять в детстве родителей и быть сиротой. Но не так страшно, как стать в одно мгновение для всех чужой.