Книга Землянка для космического генерала, страница 133 – Ксения Старк

Элитон сам не осознаёт, что он всего лишь страница в книге.

Он не знает про Эйю. Тот ИИ, с которым мы столкнулись в недрах «Улья», не рассказал ему. Не посвятил в свои планы. Элитон считает себя важной фигурой, вершителем судеб, одним из тех, кто дергает за ниточки. А на самом деле... на самом деле он просто марионетка. Более высокого уровня, чем мы, но всё равно марионетка. Кукла, которая даже не подозревает о существовании кукловода.

— Маша? — голос Кассиана вырвал меня из размышлений. — Ты как?

Я посмотрела на него. На этого человека, который недавно был для меня олицетворением врага, «Ледяным демоном», убийцей. А сейчас... сейчас он был просто Кассианом. Тем, кто спас мне жизнь, кто делил со мной последний глоток воды в раскаленном корабле, кто смотрел на меня так, будто я — самое ценное, что есть в этой вселенной.

— Я в порядке, — сказала я, и это было почти правдой. — Просто думаю.

— О чём?

Я подошла к нему, опустилась на подлокотник его кресла. Он обнял меня, притягивая ближе, и я уткнулась носом ему в плечо, вдохнула знакомый запах.

— О том, что мы вляпались. По-настоящему.

— Ну это понятно…

— Нет, ты не понимаешь. — Я подняла голову, посмотрела ему в глаза. — Элитон... он сам не знает. Он думает, что он главный, что он решает. А на самом деле... тот ИИ просто использует его. Как пешку. Как марионетку. Элитон — такая же страница в книге, как и мы.

Кассиан молчал.

— Он не знает про Эйю. Совсем. Для него тот ИИ — просто «он», какой-то таинственный покровитель, не больше. Элитон даже не представляет, с кем на самом деле имеет дело.

Кассиан тяжело вздохнул, прижимая меня к себе крепче.

— Это значит, что где-то там, в тенях, сидит настоящий кукловод. Который дергает за ниточки и Элитона, и тех двоих, и ещё сотни таких же важных шишек, которые даже не подозревают, что они — марионетки. И этот кукловод зачем-то оставил нас в живых.

— Значит, выбор простой, — сказал он после долгой паузы. — Либо мы делаем вид, что ничего не было. Живем своей жизнью, строим планы, наслаждаемся тем, что у нас есть. Забываем про Хель, про тот ИИ, про всё.

— Либо?

— Либо мы продолжаем копать.

Я закрыла глаза. Перед внутренним взором пронеслись картинки: мы с Кассианом на том спутнике, который он обещал показать. Тишина, покой, газовый гигант в полнеба. Никакой войны, никаких заговоров, никаких древних ИИ. Просто мы. Вдвоем.

А потом — другая картина. Тот голос в недрах «Улья». Его слова о «порядке». О том, что люди и аворанцы — всего лишь переменные в его уравнениях. О том, что он будет продолжать, даже если мы уничтожим одну его «каплю».

— Я не знаю, — прошептала я. — Я правда не знаю, что правильно.

Кассиан поцеловал меня.

— Тогда не надо решать прямо сейчас. У нас есть время. Расследование идет, нас пока не трогают. Давай просто... поживем. Несколько дней, неделю, сколько дадут. А потом посмотрим.

Я кивнула.

— Хорошо.

— И знаешь что? — он чуть отстранился, заглянул мне в глаза. В его ледяной синеве плескалась та самая теплота, от которой у меня сердце сжималось. — Что бы мы ни решили, я с тобой. До конца. Поняла?

Я улыбнулась.

— Поняла.

За окном медленно догорал закат. Где-то в доме тикали часы. А мы сидели в кресле, обнявшись, и смотрели, как розовое небо Ролайры постепенно темнеет, уступая место звездам.

И я думаю о том, что мы действительно на перепутье. Перед нами два пути: тихая, спокойная жизнь вдвоем — или бесконечная борьба с тенью. Которая рассредоточена по всей галактике и которую нельзя убить, потому что она — не живая в нашем понимании.

Элитон считает себя вершителем судеб. А он всего лишь страница.

Мы — тоже страницы.

Вопрос только в том, хотим ли мы остаться всего лишь страницами в чужой книге — или попытаемся переписать историю сами. Даже если это будет стоить нам всего.

Я посмотрела на Кассиана. Он смотрел на звезды, и в его профиле читалась та самая несгибаемая решимость, которая делала его легендой. «Ледяной демон». Человек, который не умеет отступать.

Интересно, чему он научит меня?

— Я люблю тебя, — сказала я тихо.

Он повернулся, и в его глазах вспыхнуло что-то очень яркое и очень теплое.

— И я тебя, Маша. Что бы ни случилось дальше.

Мы поцеловались. А за окном зажигались звезды — холодные, равнодушные, вечные. И где-то там, в их безмолвном свете, прятался тот, кто считал себя вправе решать судьбы миллионов. Тот, кто оставил нас в живых — и тем самым, сам того не желая, дал нам шанс на обычную жизнь.

Эта страница перевернута, но книга — книга только начинается.