Книга Хозяйка вражеского сердца. В дар по требованию, страница 25 – София Руд

Их мнение обо мне меняется на удивление быстро, но с Хаганом Шэром всё не так просто.

Последний день моего наказания становится самым тяжёлым. Просыпаюсь от того, что в горле дерёт. Неужели всё-таки заболела? Изображать простуженную и быть на самом деле такой – разные вещи.

Всё же с постели приходится встать. За окном ещё темнота, день становится всё короче, но я, как и все местные слуги, уже приступаю к работе. А Жансу всюду следует тенью за мной и при каждой возможности старается то отогреть, то укрыть, то сделать массаж любой части тела, будь то даже мизинец на ноге.

Уже за встречу с ней я благодарю свою вторую, пусть и нелёгкую жизнь. Этому и улыбаюсь, но стоит завидеть два чёрных глаза, наблюдающих за мной с лестницы второго этажа, как отворачиваюсь.

Делаю вид, что не заметила Хагана Шэра, и кашляю.

Пусть думает, что его враг наказан и слаб. Надеюсь, ты доволен и наконец отстанешь!

— Ура! Это последний ваш день, госпожа! — радуется Жансу, пока не натыкается на Мирту, которая поджидает нас на нижней лестничной площадке, больше похожей на террасу без ограждений, за краем которой замерзший пруд.

Жансу тут же принимает стойку, будто собралась защищать меня от нападения. Но все, на что способна Мирта – это тайно гадить.

Сломать метлу, “случайно” разлить мыльную воду, чтобы я поскользнулась, вытряхнуть ковер мне на голову. Открыто вредить она боится. Пока.

Если бы она таким образом мстила мне за причинённую боль, я бы могла понять, но насколько мне известно, нас с Миртой ничего не связывает. Зато я видела, какими глазами она смотрит на Шэра, стоит ему только появиться.

Ею движет простая человеческая ревность и чувство безнаказанности. Плохое сочетание. Опасное.

— О, госпожа Шиен, — натянув на губы опасную ухмылку, выдаёт шатенка. И сколько же ненависти звучит в её “госпожа”. — Идёте драить чаны? Не забыли таз со снегом?

— Ну что ты, — только хочу сказать я, как девица “роняет” таз к ногам Жансу.

— Ай! — взвизгивает служанка, но вовсе не от холода снега, выпавшего на её кожу, а потому что таз пришёлся по пальцам её правой ноги.

— Совсем очешуела?! — хочется рявкнуть на ненормальную.

Нет, вы только гляньте: никто её не останавливает, так она во все тяжкие подалась? Ладно пакостить, но увечья причинять?!

Придушить бы её…

— Раз снег рассыпался, надо сходить за новым? — ещё и смеет смеяться Мирта, а я… Терпение, Лира, терпение.

— Госпожа? — испуганно кидает на меня взгляд Жансу.

— Идти можешь?

— Да, госпожа.

— Тогда скорее покажи ногу лекарю, Жансу. Я тут сама справлюсь, — говорю служанке, а внутри такое пламя, что едва сдерживаюсь, чтобы не оттаскать “милашку” за её кудри.

— Но госпожа…

— Иди.

И Жансу вынуждена послушаться. А я внимательно смотрю на Мирту.

— Хотите мне что-то сказать, госпожа?

— Предупредить. Я позволила тебе задирать меня, но не смей трогать моих людей.

— Не то что? — скалится Мирта. — Думаешь, хозяин не знает о моих пакостях?

Я думала об этом. Хаган Шэр не выглядит тем, кто попустит такое мимо глаз. А раз он её не остановил, значит, заочно одобрил её действия. Вот она и зазналась.

— Может, тогда скажешь, что я тебе сделала? — спрашиваю я. Может, всё-таки что-то упустила?

— А тебе не приходило в голову, что ты можешь не нравиться просто за то, что ты есть? Вот почему один рождаются бедняками без статуса и права на любовь, а другие, как ты, в достатке? — шипит мне она в лицо, и меня берёт такая злость, что пальцы сжимаются в кулаки.