Книга Хозяйка вражеского сердца. В дар по требованию, страница 42 – София Руд

Ну хоть не хлопнул. И на этом спасибо.

Проходит несколько минут, а дрожь по телу так и ходит. Долго не могу успокоиться. Забираюсь с ногами в кровать и всё жду, не появится ли здесь ещё какой паук. Чуть позже заходит Тиль, приносит чистые вещи на завтра и сообщает, что все печати проверили, больше никто сюда не проберётся.

Очень хочется верить!

Лишь после этого немного отпускаю страхи, разваливаюсь в огромной двуспальной постели и пытаюсь уснуть, но теперь в голову лезут мысли о Хагане. Точнее тот его взгляд стоит перед глазами.

По нему было отлично видно, что я далеко не первая, кто перед ним дефилирует в подобном виде. Он был зол, и в то же время в его взгляде проскальзывали и другие эмоции.

Помню один сериал, где мужчина очень ненавидел женщину и притом её безумно хотел.

Тьфу ты! Взбредет же в голову такое! Глупость!

И нет! В глазах Хагана было не это, ну или совсем чуточку. Боги! В конце концов, он просто мужик! Мужик, в котором дофига тестостерона и всё!

Он ведь меня даже не коснулся. И не коснется, надеюсь. А если дело вдруг станет совсем плохо, ляпну про искру и меня сошлют в какой-то там храм.

Или этот псих разозлится и накажет меня брачной ночью?

Так. Хватит ужасов. Спать надо!

Спи. Спи. Спи…

— Госпожа, доброе утро, — раздается над головой тихий вежливый голос, и с трудом разлепив веки, узнаю смуглое личико Тиль.

Эх, а я так хотела увидеть Жансу. Интересно, как она там?

Тиль сообщает, что пришла помочь мне одеться, потому что сюда доставили мои платья из Драконьего Пика.

— Они же тёплые. Давай то, что ты вчера принесла, — охаю я, но Тиль деликатно упрямится.

— Генерал сказал, что они вам не по статусу.

— Зато в них я не умру от жары, — решаю я, и умывшись, одевшись и позавтракав прямо в комнате, направляюсь к наставнику, чтобы продолжить делать вид, что хочу учиться магии.

Нет, на самом деле, я хочу. Очень. Но проблемы с искрой всё усугубляют.

Сегодня мне снова объясняют азы, но слишком быстро переходят к практической части.

— Попробуйте, — воодушевлённо просит наставник.

Я складываю руки в лодочку перед грудью, но, ясное дело, ничего не происходит.

— У меня никогда не получалось, — намеренно выдавливаю слезу, чтобы наставник сжалился и отпустил меня.

Говорю о том, сколько раз пыталась, и наставник тает, как мороженое на солнышке перед женскими слезами. Вот! Нормальный мужик! А не этот Хаган!

Стоит помянуть черта, как он тут как тут. Ощущаю его пристальный взгляд через окно.

Генерал стоит снаружи с целой толпой мужчин в чёрной форме. Они что-то показывают и рассказывают ему, а он сверлит меня взглядом.

Что на этот раз не так?

Отворачиваюсь, чтоб глаза мои его не видели, и предлагаю наставнику выпить по чашечке чая. А то он что-то сильно расстроился из-за моего представления.

— Да-да, конечно! — охотно соглашается он.

Вот, а говорят, что все военные – чёрствые и эмоциональный диапазон у них как у табуретки. Ничего подобного. Это только Хаган такой.

Так. Не буду его вспоминать, а то опять явился… Тьфу ты! Сглазила и чуть чаем не захлебнулась. А ведь так хорошо сидели под навесом, бублики местные грызли.

— Я, пожалуй, пойду, — тут же кланяется наставник, едва заметив, чья тень упала на нас, и исчезает за пару секунд.

Под навесом с видом на шатры и пески, остаемся лишь мы с Шэром и жаркий ветер, обжигающий кожу.