Книга Хозяйка вражеского сердца. В дар по требованию, страница 59 – София Руд

Голову свою готова поставить вместо головы госпожи.

А преданность не деньгами зарабатывают. Злодеи удерживают страхом, но в случае служанки Лиры…

Я запутался. Мне нужно было, чтобы Лира очнулась. Чтобы своим ртом сказала мне, причастна она или нет. Это не смоет с неё того, как она прежде относилась с своим рабам и слугам, но все же избавит меня от необходимости мучить её и дальше.

Она должна сказать…

“И лучше бы соврать”, — именно это мысль и пугает так, как ничто раньше. Неужели я докатился до того, что хочу услышать ложь, лишь бы она уложилась в ту картину, которую я хочу видеть?

Бред! Зато отрезвляет. Нет. Всё будет по справедливости. Я пойму, если Лира мне солжёт, и тогда…

Бездна! Тогда она поплатится! Зато я буду знать, что наказывал её не зря.

С этими мыслями и иду в комнату Лиры, хоть и знаю, что она ещё не очнулась, но… Лира уже бегает по комнате в полном здравии, весёлая, как будто ничего и не было и как будто не свела половину Драконьего Пика с ума за четыре дня своего полумёртвого сна!

Вдох, выдох, Хаган.

“Ты хотел расставить всё по местам. Пора это сделать”, — решил я в тот миг, но как же ошибся!

Я ни хрена не понял, где она лгала, а где говорила правду. Её сердцебиение постоянно скачет по разным причинам — ему верить нельзя. Но глаза.

По взгляду было понятно, что говорит вовсе не всю правду… как под кожу иголками каждое слово.

Почерк был её! Но то, что непричастна, сказала вроде искренне. Как это понимать? Всё же невиновна? Или она сама жертва в том заговоре? Не столь коварна, как я хотел считать? Я наказывал её зря?

От одной только мысли челюсти сводит, не могу смотреть ей в глаза, отворачиваюсь к окну, а она…

Какого только гоблина пристала с этим гиблым храмом, будто там мёдом намазано? В самом деле хочет сгинуть? Я даже представить не могу, как она планирует оттуда выбраться? Разве что на пути к храму…

Или не планирует?

Бездна, Лира! Что творится в твоей голове?

— Хозяин, — отвлекает Мело, когда мороз немного успокаивает голову.

Оглядываю кабинет. Сугроб намело возле окна, к которому я пригвоздил себя, впуская вьюгу.

Холод – это хорошо. Быстро… или не очень, но приводит мысли в порядок.

Сколько я тут стою?

Кажется, Мело уже уходил и вернулся.

— Хозяин… так что прикажете делать с госпожой? — спрашивает он.

— Я уже сказал, она остаётся при мне, — не узнаю́ свой голос.

Себя не узнаю́, и это плохо. Я даже Мело, привыкшего ко всему, сейчас пугаю.

— Позвольте спросить, почему не отправите её в храм? Разве это не самое хорошее из всех решений?

Веду бровью в сторону Мело, и он вздрагивает.

— Тебя её служанка попросила меня уговорить?

— Нет. — Бледнеет. — Я сам слышал… не хотел подслушивать. Просто вы… громко говорили.

— Разумеется. — Усмехаюсь. — Так значит, ты считаешь, что стоит отпустить её в храм?

— Госпожа так просила… видимо, ей с вами очень плохо… Ой… то есть.

“Ой”. Вот именно, что ой. Плохо ей здесь настолько, что лучше в храм, да?

— Если я отправлю Лиру в храм, Жансу поедет с ней, ты это понимаешь, Мело?

— Что? Почему? — Пугается. Как мальчишка пугается. Значит, мне не показалось, что приказ позаботиться о служанке Лиры он принял слишком близко к сердцу. — Она ведь не рабыня, а служанка, вроде.

— Вижу, ты привязался к этой служанке.