Книга Наследница волшебной лавки, страница 118 – Мария Фир

За окнами уже совсем стемнело, когда пришло время Даниэлю огласить свой выбор. К этому моменту граф Эрлинг, генерал и бургомистр основательно разомлели от вина. Я подозревала, что графиня Элиза приложила к этому руку – она то и дело подавала знаки прислужнику наполнять бокалы.

Скандала не случилось: баронесса Виттен упала в обморок, узнав, что выбрали её дочь. Генеральская внучка с рыданиями убежала прочь из зала, а её высокопоставленный дедушка прорычал что-то навроде «завтра я со всеми разберусь», граф Эрлинг добавил: «А я тем более». Графиня Элиза по очереди обняла обоих сыновей, а следом и нас – меня и баронскую тихоню.

Вопреки мольбам матери, Риан настоял на том, чтобы мы вернулись ночевать домой. Путь от замка до города был близким и безопасным. Притомившиеся на балу, мы с магистром в обнимку дремали в экипаже, но когда высадились у дома и вошли в сумрачный холл, то принялись целоваться. Я хотела щёлкнуть пальцами и зажечь свет, но Риан остановил меня.

— Мы весь день провели вместе, а я так соскучился по тебе! Хочу тебя прямо здесь и сейчас!

— Может, всё-таки пойдём в спальню? – тихонько засмеялась я. – У нас вся ночь впереди. И вся жизнь. Куда так торопиться?

— Ты должна знать, что я люблю тебя, Эвелина! Люблю больше жизни!

— И я тебя, Риан!

И тут неистово целующие меня губы магистра странно дрогнули, объятия ослабли, и мой любимый, пошатнувшись, начал заваливаться на пол. Моих сил не хватило, чтобы смягчить его падение – Риан грохнулся навзничь, а я закричала от страха. Напрасно – наш дом был пуст.

С третьего раза мне удалось засветить кристаллы. Лицо магистра было серым и совершенно безжизненным, синие глаза заволокло чёрной пеленой, губы не слушались.

— Он был там, – с огромными усилиями выдавил Риан, царапая руками пол. – Лемар был там. Рука. Моя рука. Проклятие!

Я ухватила его за руку, ставшую холодной и сухой, точно у мертвеца. На ладони, той самой, которую пожимал «барон Виттен», красовалась яркая чернильная метка проклятия. Она ожила лишь теперь, когда мы с Рианом остались одни. В доме, где никто не мог нам помочь. Риан пытался подняться, силился сложить хоть какое-нибудь заклинание, но не надо было быть магом, чтобы понять: он борется с проклятием из последних сил и вот-вот умрёт. Мой Риан умирает!

— Нужно было остаться в замке, Риан, что же мы натворили! Что теперь делать?

Мой магистр, прерывисто дыша, цеплялся за мою руку. Он слабел на глазах.

— Это отложенное проклятие, – выдохнул он сипло. – Лемар знал, что на балу будет защита и инквизитор… Он подготовился заранее. Оставалось лишь коснуться меня. Пожать руку.

— Я уже поняла! Пока настоящий барон Виттен ходил к своим собакам, Лемар временно принял его облик, вот и всё. Мне не показалось, это он гадко улыбался!

— Как хорошо, что он… не коснулся тебя, – прошептал Риан.

— Лемар сделал это нарочно! Он написал на стекле, что я сама прибегу к нему. И он был прав!

— Нет, Лина. – Холодные пальцы ухватили меня за рукав платья. – Не уходи. Слишком поздно!

— Ты не умрёшь, ты не можешь умереть! – закричала я, затрясла магистра за плечи, словно это могло вернуть жизнь в его холодеющее тело.

На первом курсе колледжа все будущие маги изучают самые простые целительские приёмы. Да, они позволяют залечить лишь небольшую царапину или избавить от синяка на коленке, но, если я вложу всю силу своего дара, может быть, что-нибудь выйдет?