Книга Тень против света, страница 137 – Сира Грин

— Не хочу, — мой ответ сорвался мгновенно, без тени раздумий. Я всё ещё отчаянно цеплялась за ту незримую дистанцию, которую с таким трудом выстроила ночью.

— Ладно, — миролюбиво отозвался он, не пытаясь настаивать.

На несколько минут в купе снова воцарилось безмолвие, прерываемое лишь ритмичным, убаюкивающим перестуком колес. Но я кожей чувствовала: это затишье — лишь временная передышка. Идо, по всей видимости, физически не умел долго хранить молчание, когда рядом находился кто-то живой.

— Мне давно было интересно, — произнес он наконец, и я невольно развернулась в его сторону. Внутри всё инстинктивно сжалось, предчувствуя очередной непростой разговор, способный разбередить старые раны. — Ты виделась с Ночниками после… того случая?

Я поняла мгновенно: под «тем случаем» он подразумевал день, когда охваченный праведным гневом Элиот ворвался в наш дом. Тогда маг, не знающий пощады, требовал немедленно выдать меня, калеча каждого, кто осмеливался встать у него на пути. Он оставил после себя кровавый след и искалеченные судьбы. К счастью, в тот раз обошлось без смертей… со стороны Ночников. Но незримые шрамы от той встречи остались на душах и телах Ночников навсегда.

Я сделала глоток чая. Обжигающая жидкость ощутимо коснулась губ, но эта резкая физическая боль была даже кстати — она помогала хоть ненадолго отвлечься от той, что начала привычно царапать изнутри. Говорить о прошлом не хотелось. Совсем.

— Не виделась. В тот день я применила магию переноса и отправила их в безопасное место, — начала я, не отрывая взгляда от мелькающих за окном призрачных теней деревьев. — Раненых было слишком много. Наставник… он тогда едва не погиб, пытаясь защитить меня.

Я посмотрела на свое отражение в стакане — искажённое, дрожащее на зыбкой поверхности тёмного настоя.

— Люди в том поселении выходили их. Ночников искренне любили, они были плотью от плоти той общины. Когда я окончательно убедилась, что их жизням больше ничего не угрожает и раны начали затягиваться, я просто… ушла.

«Точнее, я была вынуждена сбежать», — горько поправила я себя мысленно. Иначе всё неминуемо обернулось бы катастрофой. К тому моменту меня уже окончательно объявили вне закона, заклеймив опасным чудовищем. За моей головой шла азартная охота, и оставаться рядом с Ночниками означало подставить их под смертельный удар. Я не могла позволить себе подобную роскошь — подвергать названую семью опасности из-за собственной эгоистичной привязанности.

— Только не вздумай решить, что я их бросила, — добавила я вслух, и на губах проскользнула бледная, невесёлая усмешка. — Напротив, я всегда была где-то поблизости. Наблюдала за ними из густой тени. Оберегала, когда того требовали обстоятельства. Но подойти ближе… вновь стать для них осязаемой я просто не имела права. Ищейки Элиота, да и ты сам, постоянно рыскали в округе, надеясь через них выйти на мой след. Чем меньше Ночники ведали о моём местонахождении, тем в большей безопасности они оставались. Согласись, Идо, я чертовски искусно их спрятала.

На мгновение на моём лице расцвела победная улыбка — мимолетная и дерзкая, как в те времена, когда мне раз за разом удавалось обводить охотников вокруг пальца.

Идо улыбнулся в ответ, но его мимолетная радость быстро потускнела, сменившись мягкой, почти осязаемой грустью.