Книга (не) Желанная. Замуж за врага, страница 66 – Ирэна Рэй

— Я не стану прятаться! — решительно заявила Риченда. Было бы трусостью отступить теперь, когда она уже зашла так далеко.

Алва кивнул, возвращаясь к трапезе. Риченде показалось, что на губах его промелькнула улыбка.

Остаток дня герцогиня провела в подготовке к балу.

Её вещи доставили в особняк на улице Мимоз пару часов назад и теперь повсюду стояли раскрытые сундуки и шляпные коробки.

Ворох платьев возвышался на кровати, паре нарядов места не нашлось и теперь они пеной кружев лежали на ковре. Туфли, перчатки, всевозможные шкатулки — всё это было вытащено из сундуков и в беспорядке разбросано по комнатам.

Среди всего этого хаоса стояла полуодетая Риченда, разглядывая устроенный ею кавардак и мучаясь от извечного женского вопроса: что надеть?

Платье, выбранное Алвой ей не понравилось. Сине-чёрный наряд вызывал интуитивное отторжение, но и собственные платья не годились для её нового статуса. Слишком скромные покрои и сдержанные цвета. Тем более, совсем иной фамилии.

Риченда растерянно покачала головой и взглянула на служанку. Кэнналийке явно не нравились её новые обязанности — быть горничной неизвестно откуда взявшийся жены соберано. Ещё вчера она сообщила, что вскоре из Кэналлоа прибудут специально обученные горничные.

— И что скажешь? — поинтересовалась Риченда у временной горничной. — Что по-твоему мне следует надеть?

Польщённая доверием служанка тут же бросилась к новому платью.

Риченда разочарованно вздохнула и закатила глаза. Ну, разумеется, синий. Что ещё она могла выбрать?

— Если позволите, дора, — сказала кэналлийка, протягивая хозяйке платье. — Синий — цвет дома Алва и этот туалет одобрил соберано.

«К кошкам твоего соберано!» — хотелось закричать Риченде, но она вовремя прикусила язычок, припомнив наставление матушки о том, что воспитанные люди никогда не выясняют отношений в присутствии слуг, а благородные дамы — не произносят бранных слов.

Риченда улыбнулась, подумав о том, что сказала бы матушка, встретившись с Матильдой. В кругу близких принцесса не сдерживала эмоций и не стеснялась крепких словечек.

Мирабелла Окделл была бы шокирована, как и Риченда, которую некоторые выражения Матильды заставляли краснеть. Но лишь первое время, сейчас же Риченда восхищалась такими женщинами: смелыми и независимыми в поступках и суждениях.

И она непременно станет такой! Лучше уж быть Великолепной Матильдой, а не Мирабеллой Окделлской.

Девушка недоверчиво окинула взглядом синий бархат:

— Хорошо, пусть будет это, но отправьте портнихе на переделку. Всё синее нужно убрать и заменить чёрным.

— Но, дора, тогда платье станет совсем простым, такие олларианки носят в дни траура.

— Сомневаюсь, — усмехнулась Риченда. — И ещё я хочу, чтобы переделали вырез. Вот так, — герцогиня подогнула ткань и заколола булавками. — Ступай. К вечеру платье должно быть готово.

Портниха успела в срок, но Риченда не сразу решилась надеть новое платье.

Лишённый каких-либо украшений, чёрный туалет мог бы показаться простым, если бы не декольте. Слишком глубокое и откровенное даже для вечера, практически на грани приличия.

Хоть немного прикрыть это безобразие девушка собиралась самым массивным ожерельем, какое найдет.

— Я хочу выбрать украшения.

Горничная подала шкатулку. Блеск фамильных драгоценностей рода Алва слепил глаза. Кольца, браслеты, серьги, броши — чего здесь только не было! Бриллианты, рубины, изумруды и конечно сапфиры сияли и переливались всевозможными цветами и оттенками.