Книга (не) Желанная. Замуж за врага, страница 99 – Ирэна Рэй

Риченда старалась не думать о том, где он: с Савиньяками или с Катариной. За спиной по-прежнему шептались о том, что Первый маршал остаётся любовником королевы, но «Сапфировая герцогиня» всем своим видом показывала, что её сей факт не заботит. Их брак был фальшивкой, и Риченда понимала, что не может требовать от мужа прекратить эту связь.

Сплетни раздражали, но Риченда держалась с достоинством, шествуя по залам дворца, высоко подняв голову и окидывая присутствующих нарочито равнодушными взглядами. К тому же, Алве следовало отдать должное — во время совместных визитов куда-либо он не отходил от Риченды практически ни на шаг.

Герцогиня покинула пустой кабинет, вернулась в спальню, задула свечи, забралась в постель. Однако сон не шёл к ней. Мысли то и дело возвращались к пропадающему неизвестно где мужу.

Риченда предпочитала думать, что ей не хватает его общества лишь потому, что совместные вечера вносили в её скучную жизнь хоть какое-то разнообразие.

Общения в особняке катастрофически не хватало. И если в первое время Риченда надеялась на приезд в Олларию сестры, то сейчас почти смирилась с тем, что матушка Айрис в столицу не отпустит.

Каждый месяц Риченда отправляла в Надор деньги, но герцогиня Мирабелла методично возвращала их. На письма дочери она не отвечала.

Риченде удавалось поддерживать связь лишь с дядей Эйвон, который сообщил ей, что все её послания герцогиня, не распечатывая, отправляет в камин, а в замке запрещено упоминать имя старшей дочери герцога Окделла.

Риченду всё это глубоко огорчало, ведь она так надеялась, что замужество позволит решить финансовые проблемы Надора, но, увы, матушка не желала принимать денег от Алвы, а дочь и вовсе вычеркнула из своей жизни.

Отчаявшись заснуть, Риченда села на постели, вновь зажгла свечи, взглянула на часы. Два часа провалялась без сна. Сколько можно? Послать горничную за снотворной настойкой? Но лучше бы вина. После нескольких бокалов она обычно спала очень хорошо, крепко и без сновидений. Кошмары давно перестали её мучить.

Риченда решила не звать Лусию, выбралась из постели, сунула ноги в домашние туфли, накинула пеньюар и вышла из комнаты.

Спуститься в буфет или пойти в кабинет Алвы? Внизу она непременно натолкнётся на кого-нибудь из слуг и потому выбрала второе.

Тёмный коридор освещали всего несколько свечей в укреплённых на стенах канделябрах. Дверь в кабинет была приоткрыта, из щели лился тусклый свет. Неяркий, вероятно, лишь от камина.

Риченда хотела уже повернуть назад, но, услышав струнный перебор и низкий приглушённый голос, замерла. Никогда раньше она не слышала, как он пел и потому, потакая собственному любопытству, направилась к двери. Мягкие туфли позволяли ей двигаться почти бесшумно.

У Рокэ оказался на редкость красивый низкий баритон. Риченда невольно поразилась тому, как много дано этому человеку.

Сделав ещё пару шагов, она уже могла разобрать слова. Затаив дыхание, Риченда подошла совсем близко к злополучной двери, но музыка вдруг резко оборвалась, и она услышала голос Алвы:

— Сударыня, перестаньте красться и идите сюда.

«Закатные кошки! — выругалась про себя Риченда. Выдохнула и распахнула дверь.

— Я никуда не крадусь.

— Вам тоже не спится?

Он сидел прямо на шкурах у камина, пальцы вновь перебирали струны гитары. Рядом — уже пустая бутылка вина и высокий хрустальный бокал. «Чёрная кровь» глубокого бархатно-бордового цвета едва покрывала дно.