Книга Княжий отбор, страница 9 – Инна Дворцова

Я испуганно мотаю головой:

— Нет, нет, ты что? На такую жертву я не готова пойти, даже ради свободы, ― мой голос дрожит от напряжения. Его взгляд выдержать нелегко, кажется, что этот странный воин способен читать мои помыслы. ― Я хотела всего лишь тебя поцеловать, ― мой голос звучит жалко.

— Зачем? ― голос становится таким же колючим, как и взгляд.

Я невольно сжимаюсь, стараясь стать немного меньше и избежать этого выворачивающего меня наизнанку взгляда, не слышать холодного, требовательного голоса. А ещё лучше провалиться сквозь землю, скрываясь от позора.

— Чтобы подумали, что между нами чувства, ― тихо говорю я, понимая, насколько глупо это звучит, и какой безрассудный поступок я хотела сделать.

Меченый спас меня. Пусть случайно.

И даже не тем, что не дал поцеловать себя, а вопросом, который выбил всю дурь из головы. Я могла запросто запятнать свою честь, что никогда не отмыться.

— И что дальше? ― вытягивает он из меня душу вопросами. ― Ну, возникли чувства между простым воином, пусть даже десятником в княжеской дружине, и невестой князя, как думаешь, какая судьба меня бы ждала?

Мне становится нехорошо. Перед глазами плывёт, я цепляюсь за его плечо, чтобы не упасть. Пальцы, соприкасающиеся с кожей воина, начинает покалывать, а затем я вся начинаю дрожать.

Май. Полдень. Солнце жарит так, что с Меченного льётся градом пот. А меня колотит от холода.

Я знаю, что было бы с ним после моего поцелуя. Воина, который дотронется до невесты или жены князя, казнят. На месте. Без суда.

Мне не нужно ничего говорить. Не нужно оправдываться Меченый, и так всё понимает по выражению моих глаз и по изменившемуся лицу.

Как же мне тошно. Перед глазами мелькают тёмные круги, тело слабеет, и я падаю. Вместо удара о землю чувствую сильные руки воина.

— Невесте князя плохо, перегрелась на солнце, ― кричит он старшему. ― Помоги, Ярый.

Ничего не вижу, только ощущаю жар от его невольных объятий. Я словно жарюсь на сковородке.

С Вацлавом я никогда не чувствовала ничего подобного. Боги, помогите мне! Лада, защити!

Во мне бушует смесь неизведанных доселе чувств. Не могу разобрать, что я чувствую. Выделяются только два противоположных желания: чтобы Меченый не отпускал меня и чтобы побыстрее убрался.

Не понимаю себя и злюсь. Злюсь на себя и на воина, который, сам того не желая, усложнил мне жизнь. Как теперь жить с тем, какой жар вызывает во мне незнакомый мужчина. Это же неправильно. Так быть не должно.

Я люблю Вацлава.

Лучшее, что я могу сделать сейчас, это притвориться, что до сих пор в обмороке. Пусть уже, наконец, воин оставит меня в покое. Для него же лучше.

— Меченый, делом займись, ― слышу я окрик старшего. ― Любомира, а ты помоги подруге. Остальные собираются в путь.

Сильные руки опускают меня на траву, а я с трудом сдерживаю стон разочарования.

Лёгкие руки Миры обтирают лицо мокрой тряпицей. Я приоткрываю глаза.

— Не бойся, ― говорит она, ― ушёл твой поклонник. Можешь приходить в себя.

Я не его боюсь. Я чувств своих к нему боюсь. Как можно так реагировать на постороннего мужчину. Может, я какая-то неправильная?

— Вокруг нет людей князя? ― с опаской спрашиваю я.

— Кроме меня, нет.

— Тебе бы только шутить, ― беззлобно говорю я.

— А тебе? ― с беспокойством спрашивает Мира. ― Что он сделал такого, что ты сознание потеряла. Только не ври мне, что воин на тебя нагнал страху.