Книга Теорема любви для непокорной Звезды, страница 68 – Анастасия Милованова

— Что-то случилось? — с трудом оторвав взгляд от волшебного сияния, спрашиваю я.

— Ничего, — пожимает плечами Дар. — Все, как всегда: опасность грозит тебе на каждом углу.

— Да? А меня тут заверяют, что мне нечего боятся. Ну кроме того, что я могу стать постельной игрушкой Аммиталя. Но это же мелочи, да? Рядовая ситуация для Демастата?

Дар на меня не смотрит, лишь кривая улыбка на его губах говорит об отношении альвы ко всему происходящему. Мы замолкаем, наблюдая за тем, как фракисы уничтожают угощение. Даже спавший черныш присоединяется к пиршеству. В комнате повисает напряженная тишина. Будто Дар что-то хочет сказать, но то ли не решается, то ли думает — как все преподнести.

— У тебя есть шанс все изменить, — наконец-то тихо произносит он.

Вскидываю на него удивленный взгляд.

— Каким образом? Я ведь даже не знаю, как этот ваш ритуал проводить!

— Это известно лишь императору. Даже Итан, сколько ни рылся в древних свитках, не нашел ничего толкового, — Дар откидывается на спинку стула и принимается задумчиво стучать пальцами по столу.

— Так может и нет никакого ритуала?

Чувствую, как угомонившееся было раздражение снова набирает силу.

— Народу Демастата остается только верить своему правителю, — хмыкает альва.

— А ты ему веришь?

— А он не мой правитель.

Улыбка на губах Дара становится совсем уж ироничной. И мое раздражение переплавляется в тихое бешенство.

— Да-а-ар, — угрожающе тяну я. — Тебе не кажется, что ты вообще не даешь мне ответов?

— Умей сказать всё и одновременно ничего, — философски хмыкает альва и, с хрустом потянувшись, продолжает: — Первое, чему я научился, когда понял, что мы с сестрой изгои в нашем клане — это умению плести интриги. Если хочешь выжить, приходится быть полезным каждому. Но при этом оставаться независимым. Ввиду врожденной особенности, моей единственной слабостью была Лери и подпитка от нее. Сейчас я избавился и от этой бреши в моей броне. Но все еще завишу от воли Аммиталя. И раз для моей свободы нужно, чтобы ты закончила ритуал — я сделаю всё, чтобы это произошло.

Дар замолкает, а у меня мурашки по рукам бегут. Я не понимаю, враг он мне или нет. В алых глазах альвы читается холодная уверенность в своём намерении. Но я не верю, что он будет готов пожертвовать мною. Играться, использовать в собственных схемах — сколько угодно. Но не убивать. Иначе он не был бы братом Лери.

— Даже если ритуал убьет меня, Дар? — тихо спрашиваю я, впиваясь взглядом в его лицо.

На секунду в его глазах мелькает растерянность. Он будто и вовсе не предполагает такого исхода. Но уже через мгновение Дар встряхивается, явно пряча взгляд, и проводит рукой по пепельным волосам.

— Ерунду не говори, — бурчит он, разворачиваясь к столу. — Зачем императору твоя смерть? Ты ведь Искра, та, которую столько лет ждали проклятые драконы. — Дар говорит так, будто сам себя пытается убедить в озвученном. — Нет, Мирра, ты слишком ценна, чтобы сделать из тебя простую жертву. Да и Итан этого не допустит.

— Почему?

Я поднимаюсь и подхожу ближе, упираюсь бедром о столешницу. Внутри все перехватывает от желания узнать ответ на вопрос. Почему альва считает, что Итан вмешается, если мне будет что-то угрожать?

— Почему, Дар? — наклоняюсь к нему, пытаясь заглянуть в лицо альве.