Книга Замуж за чудовище. Право первой ночи в обреченном королевстве, страница 36 – Юлий Люцифер

Я открыла журнал.

Столбцы, метки, даты, символы. В местных привычках учета было больше порядка, чем в их разговорах. Вчерашний день. Восточная башня. Дежурные горничные, прачка, стража.

Имена.

Лис я уже знала.

Марта.

Юнна.

Старая Хель.

Герд.

Томас.

— Хель, — сказала я вслух. — Старая женщина на кухне?

— И в прачечной, — ответила Иара. — Она живет в замке дольше многих. И знает, когда стены начинают слушать.

— А Герд?

— Старший над внутренней стражей.

— Томас?

— Мальчишка при белье. Болтает быстрее, чем думает.

Полезный список.

Каэль смотрел на меня в полной тишине.

— Что? — спросила я.

— Ты действительно собираешься идти к ним?

— Да.

— Зачем?

— Чтобы посмотреть, как быстро у вас дрогнет этот прекрасный порядок, если невеста чудовища сама придет в прачечную.

На секунду мне показалось, что он сейчас запретит.

Но он сказал другое:

— Тогда иди не одна.

Я скрестила руки на груди.

— С вами?

— Нет. Со мной они вообще перестанут дышать. С Иарой.

— Я не надзиратель, — сухо заметила та.

— Но ты умеешь отличать страх от лжи.

— А вы нет? — спросила я.

Каэль посмотрел на меня.

— В последнее время — хуже, чем хотелось бы.

Странная фраза.

Зацепилась где-то внутри.

Но я не стала ее трогать. Пока.

Вместо этого указала на письмо.

— И что вы ответили короне?

Он не сводил с меня взгляда.

— Что первая ночь принята замком и кровь будет подтверждена в срок.

Я медленно положила ладонь на стол.

— Без моего согласия вы за меня ничего не решаете.

— Уже решил только одно: выиграть нам время.

— Ценой чего?

— Пока — моего слова.

— А потом?

Он не отвел взгляда.

— Посмотрим, что ты выберешь раньше. Бежать, воевать со мной или понять, что столице нельзя отдавать тебя живой.

Меня передернуло.

— Вы прекрасно умеете делать так, чтобы любой вариант звучал как угроза.

— Потому что они и есть угрозы.

Вот и весь разговор.

Как всегда.

Я закрыла журнал.

— Хорошо. Значит, прачечная.

Иара кивнула.

— Сейчас?

— Сейчас, — ответила я. — Пока слухи не успели решить за меня, кто я здесь такая.

— Уже решили, — тихо сказал Каэль.

Я повернулась к нему.

— И кто же?

Он помолчал.

Потом произнес:

— Женщина, после которой замок либо выстоит, либо треснет окончательно.

Я уставилась на него.

— Не слишком ли много веса вы вешаете на человека, которого вчера вытащили из чужого алтаря?

— Не я это сделал.

— А кто тогда?

Пауза.

Белая маска. Черный стол. Красное письмо.

— Тот, кто привел тебя сюда раньше меня, — сказал он.

По спине пошел холод.

Не образный. Настоящий.

Я стояла неподвижно, а внутри уже начинал собираться новый страх. Не про право первой ночи. Не про постели, слухи и кровь на ножах.

Про то, что кто-то действительно мог протянуть за мной руку.

Через мир.

Через тело другой женщины.

Через трещину, которую все здесь так боятся назвать нормально.

Иара первой нарушила тишину.

— Прачечная внизу, под южной кухней. Если вы готовы, пойдем.

Я кивнула.

Но перед тем как выйти, еще раз посмотрела на журнал имен.

На Хель.

На Герда.

На Томаса.

На Лис.

На целую мелкую, шепчущую жизнь замка, которая вроде бы ниже политики и древних договоров — а на деле именно она решает, как быстро ложь становится правдой.

Слуги боятся говорить.

Но молчать боятся сильнее.

И сейчас я собиралась посмотреть, кого именно они боятся на самом деле — чудовища в белой маске или того, что ходит за его спиной.