Книга Сокровище дархана, страница 87 – Марианна Красовская

— Так-то лучше.

Едва согревшаяся Варька мигом вымокла вновь и все же не удержалась от крепкого словца.

Сколько плыли — она не знала. Не видела ни неба, ни берега, одна только вода и сверху, и снизу, и со всех сторон. Потом лодка ткнулась носом в землю, Василь подхватил ослепшую от дождя княжну под мышки, вытолкнул на мокрую траву и помог взгромоздиться на лошадь. Стало легче — ездить верхом дочка Ольга Бурого умела с младенчества. Выпрямила спину, обмотала вокруг стана мокрое одеяло да припустила следом за Асаханом в уже светлеющую даль.

Кончился дождь, взошло солнце. Дорога привела беглецов в горы, коих в Угуре было довольно много. В одной из пещер приветливо горел огонь, а возле костра Варвара с радостью разглядела знакомые лица.

Все три морки были здесь. Уставшие, мокрые, растрепанные, но совершенно счастливые. Ситара сидела тут же — в крепких объятиях своего рыжеволосого возлюбленного. Несколько незнакомых угуров в глубине пещеры копошились в каких-то тюках.

Спешившись, Варька направилась прямиком к соотечественницам. Молча села рядом. Дарья взяла ее за руку и крепко сжала, словно убеждаясь, что перед ней не призрак.

— Что дальше? — спросил Василь, принимая из рук маленького угурского мага сухую и чистую одежду.

— Ночуем тут. А завтра едем навстречу Ольгу Бурому. Он нас ожидает.

— Змей жив.

— Это плохо, — нахмурился Хашур. — Но мы что-нибудь придумаем. Пророчество не может не исполниться.

Варька ощущала страшную усталость и какое-то непонятное счастье. Вот ведь что странно — она и пленницей-то была совсем недолго. Да и не крал ее никто, она сама сунулась во дворец. Отчего же дышится так легко, а грудь распирает? Вздохнула… и запела тихонько:

— Ой да ты, ветер вольный…

Светловолосые девушки переглянулись и тут же подхватили:

— В облаках дороги ищешь,

Расскажи, о чем ты слышал,

Нам поведай о свободе…

Мужчины, которые обустраивали постели, замерли, переглядываясь. Петь сейчас было совсем не время. В горах хоть и не было стражи, но мог услышать пастух или, того хуже, разбойник. Да только остановить песню не хватило духу ни у кого.

— Ветер вольный, песню эту

Ты неси над облаками,

Над горами, над лесами,

Чрез поля в родные дали…

Ситара спать не могла. Засопела Варька, затихли незнакомые девушки. Громко храпел Василь. В глубине пещеры мирно спали Асахан и угурские мужчины. У костра сидели Хашур и Ингвар, о чем-то тихо беседуя.

Принцесса подтянула колени к груди, жалобно всхлипнув. Казалось бы — вот она, свобода! И любимый рядом. Но никогда жизнь не казалась ей такой сложной.

Все дело в драконе. Отец говорил, что она почувствует, когда появится тот, кто сможет выпустить ее сущность наружу, кто сможет пробудить вторую ипостась. Ингвар не смог. А дархан без второй ипостаси — лишь человек. Ситара готова была смириться с тем, что настоящим дарханом ей не быть. Зато у нее есть любовь. А дракон постепенно уснет. Как уснул у многих других ее родичей.

Теперь же ее душа рвалась на части. Рядом был тот, кто мог бы… Она встретила его впервые, и дракон, который смиренно молчал в Змеиных садах, вдруг внутри встрепенулся, ожил. Зарычал тихо и довольно, сообщая: время пришло. Пора расправлять крылья.

Асахан, побратим ее возлюбленного — вот тот, кого отец назвал бы истинной парой своей дочери.