Книга Добродетель злодейки. Том 1, страница 129 – Bae Hee Jin

Похоже, он правильно истолковал мои мысли. На лице Его Величества отразилась тревога, однако он незамедлительно пришел в себя.

— В таком заблуждении твоя свобода, леди Имбирь.

«Остановись, Джинджер Торте. Чего ты вообще ожидала?»

Я была дурой, если на мгновение понадеялась, что Изана ощущает то же самое, что и я. Но мне стало горько слышать столь жестокие слова от Его Величества! И было бы странно, если бы я не чувствовала ничего. Я вытащила из-за уха цветок, который поправил Изана, и опустила голову.

Тогда Его Величество спросил меня:

— Ты обиделась?

— Любая женщина обидится, если услышит такие речи от мужчины, который ей нравится.

Ой! Не успела я опомниться, как выпалила ему все как есть. Конечно, я показывала Изане, что он мне по душе, когда мы встречались, но сегодня был первый раз, когда я сказала напрямую, что он мне нравится.

— Я не хотел тебя обидеть. – Изана не проявил никакой особой реакции, услышав мое признание.

Почему от так себя ведет? Неужели опять притворяется?

Мне было трудно понять, радоваться ли тому, что все легко сошло на нет после моей скоропалительной фразы, или же надо огорчаться. В итоге я почувствовала себя глупо и сделала неутешительный вывод. Изане совершенно без разницы, нравлюсь я ему или нет. Поэтому я не могла не расстроиться.

— Ваши слова ранили меня, Ваше Величество, нанесли незаживающую рану. – Я строила из себя жалкую героиню романтической новеллы.

Это совсем не похоже на меня, на Джинджер, которую Изана называет Имбирем, но мне всегда хотелось попробовать. Глаза с поволокой, готовые вот-вот прослезиться, и поникшие плечи. Хорошо, если бы хоть одна слезинка упала, но, к сожалению, у меня нет актерского мастерства подобного уровня. Черт. Надо было потренироваться заранее. Я нахмурилась, отводя взгляд от Изаны, и надеялась, что хоть немного слез появится в моих глазах.

— Я был слишком резок? Я не умею говорить намеками.

— Мне это давным-давно известно, – грубо ответила я.

— Дело в том, что слово «рана» кажется мне избитым. Я много страдал на протяжении всей своей жизни. Мои душевные раны буквально кровоточат, но в какой-то момент я стал нечувствительным к ним. – Изана разжал руки, которые держал сложенными на груди, и снова подошел ко мне.

Отчего-то я напряглась, когда он начал приближаться. Мои пальцы, державшие цветок, были влажными от пота. Я прикусила нижнюю губу и смотрела на Его Величество. Изана протянул правую руку и осторожно взял меня за подбородок, а затем приподнял его. Мы встретились взглядами.

— Поэтому я совсем не думал, что могу как-то тебя ранить своим замечанием, – сказал Изана и легонько погладил мою щеку другой рукой.

Все мое внимание сосредоточилось на кончиках его холодных пальцев, когда они касались меня. Краткая исповедь Изаны о том, что он много страдал и стал нечувствительным, продолжала крутиться в моей голове. Возможно, то были травмы, которые он получил в детстве. Я не могла оценить, насколько глубоки раны Изаны, который был заключен в башню из-за проклятия. Возможно, они даже глубже, чем я могла себе представить. Я знала о его боли лишь поверхностно из романа «Заключенный принц и дочь маркиза». Но я не думаю, что описание тяжелых душевных мук можно выразить в нескольких строках.

В этот момент я вспомнила неловкие слова, которые сказала Изане некоторое время назад, когда он попросил меня угадать его мысли.