Книга Невеста для пилигрима, страница 13 – Рута Даниярова

От Виолы не укрылось, как внимательно обе посетительницы посмотрели на нее, обмахиваясь ажурными веерами.

— Что вам угодно? — вежливо спросил Андреас, обращаясь к девицам.

— Я хочу купить себе серьги к синему платью, — надменно сказала Имельда. — Но не из тех, что у вас на витрине, а что-нибудь изысканное, самое лучшее.

Виола знала, что на витрине расположены очень красивые изделия, но самые дорогие вещи отец держит в железных сундуках в смежной запертой комнате.

— Извольте подождать, госпожа, — поклонился Андреас и, глянув на Майса, скрылся в соседней комнате.

Девицы сразу же уставились на Виолу так пристально, будто у нее на платье пятно или разошлась шнуровка на лифе.

Виола почувствовала себя очень неловко, но в этот момент появился Андреас с несколькими маленькими коробочками.

— Вот, госпожа, извольте посмотреть, — он показал красивые золотые серьги с квадратными сапфирами. Обрамленными мелкими алмазами, серьги выглядели чудесно.

— Прекрасная работа, тонкая огранка, таких ни у кого нет, примерьте, госпожа, — и подмастерье протянул Имельде коробочку с серьгами.

Та, поджав губы, подошла к зеркалу и примерила сережки. Заигравшие под лучами солнца, сапфиры вспыхивая маленькими синими искорками, смотрелись прекрасно.

— Слишком простовато для дочери маркиза, — надменно произнесла Имельда, крутясь перед зеркалом во все стороны.

И обратилась к своей кузине:

— Как думаешь, Кларина?

— Да-да, конечно. Тебе надо более изысканную вещь, — послушно закивала головой ее спутница.

Голос у Кларины оказался писклявым.

— Тогда посмотрите на эти, с изумрудами, — подмастерье осторожно открыл следующую коробочку.

Но Имельда Триос оказалась придирчивой покупательницей, в каждом варианте ее что-то не устраивало, хотя все предлагавшееся серьги, по мнению Виолы, были изумительными.

— Нет, мне ничто из этого не подходит, — с раздражением Имельда протянула Андреасу очередные серьги.

Тот осторожно сложил их в обитую черным бархатом коробочку.

— Хотя, впрочем, первые, с сапфирами, я бы взяла. Сколько они стоят?

— Сто двадцать золотых, госпожа.

— Пришлите их на имя маркиза Треоса. Я могу написать вам расписку.

— Госпожа, мы продаем эксклюзивный товар только за наличные, — вежливо сказал Андреас.

— Таково указание мастера Бернта, — словно извиняясь, добавил он. — Можете заехать к нам с господином маркизом позднее.

Таковы были непреложные правила ведения бизнеса, иначе жены, дочери и любовницы богатых людей просто разорили бы ювелиров, забирая изделия, которые понравились, и оставляя взамен расписки или обещания оплатить покупку потом.

— Пойдем, Кларина, — дернула плечиком Имельда.

— Конечно, пойдем, — закивала головой ее кузина.

Имельда Треос, развернувшись, грациозно направилась на выход,

Она широко распахнула дверь, и донеслись слова, сказанные Имельдой на пороге.

— Ноги моей больше не будет в этой лавке! Нет, Кларина, ты только слышала, что сказал этот урод? Что не поверит расписке дочери маркиза Треоса!

— А она обычная дочь лавочника, — раздался в ответ тоненький голосок Кларины.

Дверь захлопнулась, колокольчик жалобно тренькнул.

— Глупые курицы! — изрек Майс, до этого стоявший неподвижно, как изваяние.

Лицо Андреаса пошло красными пятнами, став еще более некрасивым.

Виоле стало искренне жаль парня.