Книга Выжившая назло мужу, не влюбись в дракона!, страница 9 – Петра Пугачева

— Хорошо, спасибо большое, — вежливо ответила я, хоть еле-еле могла пошевелить ногами, да и стоило прикрыть глаза, комната с расписным потолком начинала крутиться.

Он приложил горячую ладонь к моему лбу.

Тон мужчины ожесточился, стал подходить к резкой внешности:

— Никогда мне не ври.

Он оставил меня в кастрюле, а сам ушёл, не стесняясь того, что был полностью обнажён. А вот я смутилась, прикрыла глаза, чтобы не смотреть на его белое мускулистое тело.

Перед тем как он захлопнул дверь и провернул ключ в замке, услышала его низкий голос:

— Будь готова завтра на рассвете.

Только тогда поняла, что уже снова наступил вечер. Куда пропал весь день?

Это вчера после заката я боролась со смертью, потом видела рассвет, когда летела над горами, точнее, когда дракон летел над горами, а я висела кулём в его лапе.

Как мне выбраться из ванны? Трудно было поднять голову, шевелить руками и ногами, поэтому лежала долго.

Вода стала ледяной, а все свечи погасли, когда, наконец, смогла подняться.

Слабость напоминала ту, что чувствовала во время странной болезни, забравшей мою семью. Но как и тогда, я не дала телу отдыха.

Сняла платье и бросила его в воду, нащупала мочалку, мыло.

Мыло пахло розами. Понятно теперь почему ими пах и мужчина, который меня принёс.

Я смыла с себя запах гнили и крови, а потом на ощупь пошла к кровати, шатаясь и переваливаясь, как старушка.

По пути запуталась в ткани. Кто вообще придумал вешать шторки вокруг постели? Еле распуталась и рухнула в мягкую перину.

Мужчина вошёл без стука. Дверь просто распахнулась, и я сразу проснулась в испуге.

Спала голой, слишком устала, чтобы одеваться, зато мужчина — я видела это сквозь полупрозрачную ткань — был одет. Я попыталась прикрыться одеялом, но оно оказалось слишком плотно заправлено, так что схватила подушку.

Вот зачем эти шторы! От внезапных гостей. Но разве они помогут?

Его тонкие пальцы сдвинули ткань и кинули на кровать сорочку.

— Оденься и не придется прятаться за балдахином и подушкой.

Хоть сорочка была плотной, я все равно вылезла из-за балдахина, обнимаясь с подушкой. Которую мужчина сразу вырвал и отбросил обратно за ткань.

— Держи, — протянул он мне платье.

Оно было роскошным: голубым с серебряной вышивкой, со сверкающими камнями на вороте и рукавах.

Но в моих руках казалось детским, сшитым на девушку тоньше и ниже ростом.

— Я в него не влезу.

Он коротко кивнул.

— Да, работы предстоит много. Сначала лицо.

Он вел меня за плечо к резному столику, словно я могла вырваться и убежать. Поставил, а потом открыл зеркало. На меня смотрели сразу три меня.

Мужчина встал за моей спиной. Я была ему по плечо. А потом опустила взгляд вниз.

И замерла.

Положила руку на живот — он больше не был круглым, подрагивающим, никто не пинался изнутри. Может, я родила, а мужчина спрятал его?

Нет, пять месяцев. Слишком рано.

На меня снова нахлынула слабость, на похолодевших ногах я повернулась к мужчине:

— Я хочу поменять желание.

— Какое желание? — Он мягко развернул меня обратно.

— Спроси дракона, — я повернулась к синим глазам снова.

— Спрошу, если перестанешь вертеться.

Я замерла. И думала только о ребенке.

Не спрашивала, зачем мужчина водит по моему лицу правой рукой.

Из-за слез в глазах и мыслей в голове я не заметила были ли на руке перстни с красными и синими драконьими камнями, и не заметила, что изменилось моё отражение в зеркале.