Книга 48 минут. Пепел, страница 164 – Виктория Побединская

— Ты умираешь, fra, – говорит Ник. Я прикрываю глаза, прижимая ладонь ко рту. Есть тысяча вещей, которые он мог бы сказать, а выбрал самое неудачное «последнее прости».

— Да ты просто капитан Очевидность, – пытается пошутить Кавано. У него такой слабый голос, что сердце просто разрывается на части. – Давай только без поминальных парадов, ладно?

— Просто заткнись, болтливый ты идиот.

Голос Ника вдруг срывается, как будто ломается что-то внутри него. Он знает: уже ничего не поможет. Капельница отбивает последние дозы физраствора. Я кусаю губы, пытаясь справиться с рыданием.

— Ник, послушай… – Арт пытается что-то сказать, но Ник в ответ лишь смотрит – подозрительно спокойно. Отходит к окну, достает из кармана телефон и подносит к уху.

— Генерал Гилмор. – Его голос вмиг меняется. Исчезают тревожные нотки, пропадает слабость, которая сквозила минуту назад, вперемешку с неприкрытым ужасом. – Я согласен возглавить Коракс. У меня лишь одно новое условие… – Ник оборачивается, и наши взгляды встречаются. – Нужен вертолет санитарной авиации…

Еще несколько минут он молчит, запоминая маршрут к ближайшей вертолетной площадке. Я понимаю: эти минуты – все, что у нас осталось. Все это время он смотрит на меня, как будто хочет увидеть в моих глазах подтверждение, что поступает правильно. Что я могу ему ответить? «Ты сделал правильный выбор». По щеке скатывается слеза. А дальше все происходит слишком быстро. С места вскакивает Рейвен.

— Я поеду с тобой, – говорит она Нику, закидывая сумку на плечо и принимаясь сгребать в нее содержимое аптечки. – Помогу, если что. Высадишь меня где-нибудь по дороге. Больше меня здесь ничего не держит.

Шон с Джессом осторожно поднимают Артура, чтобы перенести в машину. Рейвен порывисто притягивает меня в объятья.

— Прощай, Ви, – шепчет она, задержавшись всего на секунду, и уносится из комнаты. Шон провожает ее молчаливым взглядом. Рейвен – из тех, кто просто идет дальше. И никогда не оборачивается. Ник быстро объясняет Риду, как действовать, когда мы окажемся по ту сторону Атлантики. До меня долетают лишь обрывки фраз. «Билеты я передам. Первое время никуда не суйтесь, я, конечно, не могу больше вам указывать, но постарайтесь держаться вместе. Джейсона не ищите. Лучше вообще забудьте про Коракс».

И вдруг становится жутко – от осознания того, что может произойти потом. Как только самолет поднимется в небо, все случившееся останется в прошлом, а там, на другом материке, начнется новая жизнь. Только без Ника. Я прикрываю глаза. Мир снова безвозвратно рушится и трещит, прокладывая между нами глубокую расщелину. Теперь – шириной в целый океан.

Я оглядываюсь в поисках поддержки. Но рядом больше никого. Арт ранен. Рейвен ушла.

— Джесс, – произношу я одними губами, глядя на старшего из братьев.

— Я с Ником, – отвечает как само собой разумеющееся. – В Кораксе ему понадобится помощь.

Несколько секунд мы молчим. Что еще здесь можно добавить? Пусть мы с Джессом и не стали близки, но я подхожу и все равно на прощание обнимаю его, так что он застывает от неожиданности. Сначала так и стоит, не шевелясь, с опущенными руками, а потом неловко сжимает меня в ответ.

— Я за ним присмотрю, – шепчет он на прощание и, кивнув Нику, что будет ждать на улице, уходит. Я же так и остаюсь стоять посреди гостиной, обхватив себя руками за плечи. Понимаю, что нужно попрощаться, прежде чем Ник уедет. Смотрю на него, вглядываюсь в напряженную линию плеч, подавляя желание подойти и уткнуться лицом между острыми лопатками, чтобы этот комок нервов лопнул. Но не могу. Ник оборачивается, будто собираясь идти, но тоже замирает в нерешительности. Между нами два шага, преодолеть которые ни один из нас не в состоянии, опасаясь, что другой оттолкнет.