Книга Докопаться до менталиста, страница 35 – Надежда Мамаева

Знал ли кто тогда о том, сколь ценны эти территории…

Но сделка была совершена, отмене и пересмотру не подлежала, а потому нам осталось лишь извлекать уроки.

Я слушала, сцеживала зевоту в кулак.

— Пани Горгыржицкая! – голос преподавателя прозвучал ворчливо. – Вы с нами?

— Да, магистр. – Я выпрямилась, делая вид, что внимательно слушаю.

— Тогда повторите основные особенности заключения сделки по передаче земель.

Повторила. Не думая, механически, и о том, что деньги эльфами были выплачены в кратчайшие сроки, и что договор заверен королевской кровью, и о пунктах оного, в том числе что сделке ничего не препятствует, что она происходит по инициативе нашего королевства и претензий Владыка Казивир иметь после не будет… Магистр кивнул, удовлетворенный, и продолжил лекцию.

После истории была рунология, а за ней – перерыв, за которым стоял еще и практикум. Перед ним-то вся наша группа шустрыми тараканами высыпала на улицу. Кто перекусить под солнышком захваченным с собой, кто в общежитие, кто в едальню…

Я тоже вышла во двор, села на скамейку у фонтана, достала из сумки бутерброд с сыром и уже собралась откусить, когда рядом нарисовался Якуб.

Здоровяк встал, заслонив мне солнце своей тушей, и помедлил, переминаясь с ноги на ногу.

— Чего тебе? – спросила я, пряча бутерброд обратно в сумку: если этот громила покусится на мою еду, отбить будет трудно.

— Ядвига, – начал он вкрадчиво, – ты же вчера домашнее задание по теории поднятия делала? Я тут… того… не успел.

— Не делала, – ответила я, отворачиваясь.

— Как так? Ты же Горгыжицкая! – адепт вытаращился на меня, будто я сказала, что смерть обратима, время можно отмотать назад и нам всем Забельский поставит превосходно, ни о чем даже не спрашивая и нервов не расчесывая.

— И что с того? – недовольно выдохнула я. Ну вот опять… Если я потомственная некромантка, то все, буквально все от меня ждут соответствия фамилии, идеальности, абсолютного знания, отточенных навыков и еще много таких же нехороших слов.

Правда, к третьему курсу к такому уже попривыкла и я, да и одногруппники гораздо реже об этом вспоминали. Но реже – не значит никогда. Вот и сегодня…

— Ну и… все… – растерялся Якуб. И, не веря, переспросил: – А че, правда не сделала?

— Правда, – ответила этому неверующему и вытащила тетрадь, раскрыла на последней исписанной странице. Якуб, заглянув, убедился: ни одной литеры, ни одного значка нового на листе нет. Все, как и у него.

— Ну ты даешь, – протянул он. – А я уж думал… Ладно. Прости, что отвлек.

— А сам-то чего? – спросила я, когда он уже собрался уходить. – Не успел?

Якуб почесал затылок, покосился по сторонам, будто проверял, не подслушивает ли кто, и сказал вполголоса:

— Вчера вечером такое было… особняк Гедиминов полыхал. В центре, на Княжеской улице. Ты не слышала?

— Слышала краем уха, – кивнула я, припомнив разговоры на главном дворе академии. – Пожар как пожар.

— Да не просто пожар! – Якуб оживился, присел на скамейку рядом, а я ощутила легкое тепло в районе груди. – Говорят, туда вор забрался. И не ночью, а вечером! Вот наглец! Обошел все охранки, точно хозяин. Его кнеса Гедимина чудом лишь заметила и шум подняла… Вор-то, видимо, удирая, чтоб замести следы, и устроил взрыв, после которого все запылало… За ним, конечно, в погоню пустились, да утек, говорят, не словили…